Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Как правильно носить меха





Все-таки шуба – это вещь статусная. Она должна быть шикарная или ее вовсе не должно быть. Шуба как бы говорит за свою хозяйку: я могу себе это позволить. А если ты низводишь шубу до уровня одежды для тепла, то шуба, в свою очередь, низводит тебя до уровня женщины «для жизни», и получаешь ты эффект обратный тому, который планировала произвести.

Однажды в метро я толкнула женщину – не сказать, что нечаянно. Я отлично видела, что бегу прямо на нее, но в то же время  я бежала в открытые двери вагона, где уже горели красные полоски, и голос говорил: «Осторожно, двери закрываются».

Некоторые люди в такой момент могут  ме-е-едленно заносить ногу над порогом, неспешно переступать его, еще более неспешно делать шаг второй ногой в тот миг, когда дверь захлопывается за ними и едва не прищемляет им задницу. «И пусть весь мир подождет», - говорит каждый их жест. Такой была и эта женщина. На подлете я увидела ее всю, целиком: томную, непонятую и одинокую, - но ждать, конечно же, не собиралась.

Плесните колдовства в хрустальный мрак бокала (с) - и получите ее глаза. Когда она ощутила толчок в спину, бокалы ее глаз колыхнулись. Женщина оглянулась. Я не извинилась. Более того, я имела наглость встать около нее, когда она села.

[Spoiler (click to open)]Нет, не специально, просто там, у самого крайнего сидения, был удобный уголок - можно опираться спиной о стену, а руку положить на поручень. Таким образом поручень у нас с ней оказался общим. Дело осложнялось тем, что женщина была в шубе. Для чего люди носят шубы в метро, трудно сказать, но такое случается. Я вижу бабушек пенсионного возраста, которые донашивают шубы за дочерьми, чтобы не покупать себе новое, и они в своих шубах органичны. Но если это женщина среднего возраста, зарабатывающая и с претензией на красоту? Она надевает шубу времен своего девичества, чтобы…что?

В этом месте размышлений я заметила, как женщина брезгливо отдернула краешек своей шубы от моего пуховика - они соприкасались уголочками. Вдобавок ко всему меня потеснил вошедший мужчина, так что мне пришлось переместиться из укромного места и встать прямо перед ней. Мы оказались ровно друг против друга: она сидела, глядя в телефон, а я смотрела на нее сверху.

Итак, шуба ко многому обязывает. Например, волосы – они должны быть шикарные. Если мех окажется более блестящим и более живым на вид, чем твои волосы, то лучше снять его и никогда больше не надевать. Если же мех будет тусклым и старым, он может сообщить твоим, неплохим, в общем-то, волосам свою безжизненность, придать тебе вид уставший и даже угрюмый. Носить меха непросто. Нужно быть сильным красивым животным, чтобы природная красота меха не соперничала с твоей красотой.

Я невольно разглядывала голову своей визави, сверху мне хорошо была видна ее макушка. Как нужно обращаться с волосами, чтобы они стали похожи на взрытую солому? Каким красителем выжигать их, каким ядовитым шампунем мыть?  Пустотелые пучочки, которые можно поломать неосторожным прикосновением… Тут, я не знаю, как так вышло, но женщина подняла голову и посмотрела прямо мне в глаза. Видимо, я, расслабившись, снова начала прикасаться своим пуховиком к ее шубе. Я немного отстранилась. Женщина опустила глаза в телефон.

Она приоткрыла ворот так, что стало видно основание шеи и ключицы. Зимой в метро жарко, люди снимают пуховики и курточки, каково-то ей в шубе? На шее неровно лежала золотая цепочка, примятая мехом и духотой. Я думаю, где-то там в глубине прятался и золотой кулончик, уж очень загадочно цепочка уходила вниз к области декольте.

Кстати, о декольте. Как блестящий мех вредит плохим волосам, так золото вредит увядшей коже. Все эти жилки и косточки, выступающие с возрастом, рыхлость, сухость, истонченность – не для украшений. Да и вообще, для золота и мехов требуется особое пространство в жизни, и это не метро.

В этот раз я точно ничем к ней не прикасалась, я контролировала себя. Но женщина снова подняла глаза, и взгляды наши скрестились. Не знаю, что она увидела в моих, но я в ее прочла: «б-ы-д-л-о».

Ей приходится ездить со мной в одном вагоне…

Я описываю долго, но в действительности все мои наблюдения уложились в переезд от одной станции до другой. Так вот, на следующей – к нам вошел мужчина. Точнее, он не вошел, а ввалился с большой коробкой в руках, открытой, внутри которой можно было рассмотреть древний-придревний компьютерный монитор. В громадной шапке, сшитой, наверное, из целого волка, огромных сапогах-унтах и в женской шубе большого размера. Волк на его шапку застрелен был в прошлом веке, задолго до рождения этого мужчины, мех пожил на этом свете и смотрелся теперь почти как его собственная шевелюра. Трудно было разобрать в месиве шерсти, волос, шубных складок и складок лица, где заканчивается животное и начинается человеческое.

Его запах сшибал с ног каждого, кто оказывался на расстоянии пары метров, так что пространство вокруг быстро очистилось. Мужчина сначала стоял со своей ношей, но потом поставил ее на пол и сам сел туда же. Видно было, что и сидеть ему нелегко. Поэтому, как только он заметил, что люди перед ним расступились, мужчина лег. Шуба его раскинулась как подстилка для собаки, и в распахнувшихся полах можно было увидеть подобие ватных брюк и  сплетение грязных веревочек. Порывшись у себя в паху, мужчина достал что-то похожее на кусок домашнего сала.

Он вгрызся в него с силой голодного пса. Поедая сало, мужчина урчал, кряхтел, шумно сглатывал; слюна текла по обмазанному жиром лицу и капала на пол.

Насытившись, мужчина затих. Он принял вид охотника на привале с одноименной картины Перова. Холст, масло. Да это и был настоящий охотник в джунглях-мегаполисе, который прилег отдохнуть и перекусить. Впереди ему предстояло еще много трудных дел.

Наблюдая за ним, я совсем забыла о своей женщине и не успела заметить, как она вскочила и бросилась к выходу вместе с другими людьми на ближайшей станции. Увидела ее только в дверях и была приятно удивлена скоростью, с которой на этот раз она перешагнула порог, - женщина прямо-таки порхнула над ним. Словно птица, перелетающая с ветки на ветку, в один миг она переместилась в соседний вагон, как и прочие пассажиры.

Мужчина лежал, подперев голову, и невозмутимо смотрел на бегущую от него толпу. Наверное, с таким же видом сидел на площади Сократ, только в его случае люди устремлялись в обратном направлении. Лицо мужчины было расслаблено и по-детски беспечно, он не любил и не ненавидел нас, он не испытывал к нам никаких чувств, кроме мимолетного любопытства наблюдателя, заглянувшего в случайное окно. Для него мы тоже были картиной, чем-то вроде «Последнего дня Помпеи». Безо всякого сопереживания несчастным разглядывала это полотно его невинная харя.

Вагон опустел. Все, кто могли, вышли, а новые не заходили, пугаясь с порога необычного пассажира. Кажется, видеть этот испуг доставляло ему маленькое удовольствие. Он лежал на площадке у входа, как собака, стерегущая свой двор. Через пару станций вышла и я, а мужчина в комфортном одиночестве поехал дальше. Поезд двигался в сторону Кремля.

Серая зона

Продолжение. Начало здесь.
Нет, это ещё не мой город, а районный, откуда мне добираться на автобусе. Я не выбирала специально виды, фотографировала то, что попадалось на пути.


Стою на остановке
IMG_20200107_111518066.jpg


Налево ломбард и хлебный магазин. От количества желающих заложить последнее и купить хлеба проломилось крыльцо.
IMG_20200107_111622272.jpg


А это что-то новенькое, раньше его здесь не было: магазин "Червоне та биленька" (Красное и беленькая). Водка на разлив. На витрине написано "Завжди" (всегда).
IMG_20200107_111836343.jpg


Единственное, что радует меня на этой остановке, - собачки. Сердобольные жители набросали им тряпок, а раньше они спали на голой плитке.
IMG_20200107_111441986.jpg

Автобусов не было, пришлось взять такси. За 15 минут пути - 150 грн (450 руб). Как-то дороговато для провинции...

Приезжаю домой. Городская ёлка.
IMG_20200108_141313539.jpg

Нет, шучу) Это какие-то весельчаки устроили. На самом деле ёлка была, нормальная, но без игрушек. На нее накинули пару трубок бегущих огней, которые зажигались только вечером. Днем елка стояла черная и пустая как устрашение для детей. Хотела сфотографировать ее в таком виде, но не успела. Пошла на площадь 9-го января, а елку уже демонтируют - торопливо, будто воруют.


А вот это уже не шучу. Местные жители своими силами благоустраивают дворы.
IMG_20200108_142208620.jpg

Украинская граница



Российскую границу миновали быстро, к нам не придирались. Въезжаем на украинскую. В автобус зашёл военный, прочитал нам приветствие на мове, спросил, вымогает ли у нас кто-то деньги. Мы ответили, нет. Все это снималось на камеру. Потом на русском языке: «Есть ли в автобусе граждане России?» Все молчат. «Ещё раз повторяю: есть ли среди вас граждане Российской Федерации?» Сказано это было таким тоном, что если бы таковые граждане среди нас и оказались, они забились бы под сидения. «Спрашиваю в последний раз...» Мама дорогая! В этот последний раз я так радовалась, что у меня украинский паспорт. Не знаю, может, это был совершенно невинный вопрос, а этот старый солдат, который не знает слов любви, как-то недобро его озвучил, но, мне показалось, что после того, как он закончил нас допрашивать, весь автобус мысленно перекрестился.

На самом деле российские граждане между нами, конечно, были, и много. Это люди, которые взяли гражданство РФ, а паспорт Украины не сдали. На Украину они ездят как украинцы, а в России живут как россияне. Не знаю, чем это грозит со стороны неньки, но признаваться в двойном гражданстве никто не рискует. Я слышала от бывалых, что пограничники могут порвать твой русский паспорт и всячески шельмовать тебя, - им за это ничего не будет.

[Spoiler (click to open)]Когда выяснилось, что все мы украинцы, нам велели предъявить паспорта, в том числе и заграничные, у кого есть. У меня был, но там стоит отметка об РВП в Москве, и я его особо не свечу. А после такого приема я, скорее, съела бы его, чем предъявила. Потом начали ходить со специальными фонариками, просвечивать, что у нас в сумках. А мне ещё перед границей попутчик сказал, что будут искать икру. У меня была с собой баночка, так я ее при обходе под кресло кинула. Ну что, я маме гостинец из Москвы не привезу?

Первые километры украинской земли... Сразу после границы есть отрезок пути, который даже не знаю, как описать. Дело не в том, что там нет асфальта, или выбоины и ямы - при такой дороге сложно ехать, но можно, бездорожье называется. Но здесь будто злые силы взялись еженощно перекапывать этот участок бульдозером. В землю врыты камни, как человеческие головы, а острые куски асфальта торчат вертикально, чтобы, упав на них, ты уже не поднялся; ловушки в самых неожиданных местах, куда колесо автобуса проваливается целиком. Я посоветовала бы им вдобавок ко всему этому разбросать через каждый метр стальные шипы, а то мало жути. Шипы протыкали бы шины со свистом, оставляя бедных путников одних в темноте без всякой помощи – вот как надо, а не эти полумеры.

Ни огня, ни черной хаты,
Глушь и снег навстречу мне,
Только версты полосаты
Попадаются одне..


Про нас писал Александр Сергеевич.

Это отрезок пути длиной километров пять, мы пробирались по нему примерно час - со скоростью пешехода. Я еду здесь второй раз (первый раз, когда въезжала в Россию), но ведь за это время дорога должна была улучшиться? Нет, не в том смысле, что ее починили бы, но земля насыпалась бы между камнями, а сами камни немного углубились бы, немного сгладились ямы - ведь все сглаживается рано или поздно. Но такое впечатление, что над этим ужасом кто-то специально работает, и скоро проехать здесь сможет только танк.

Мы прошли паспортный контроль при въезде на Украину, и ещё отдельно - при въезде в Донецкую область.

В чистом поле стоит кибитка, нам приказывают остановиться и идти туда с паспортами. Народ нетерпеливо набился внутрь, чтобы побыстрей все прошло - ведь едем уже часов двадцать, все устали и на нервах. Но кибитка тесная, всех не вмещает, и те, кто вошли первыми, кричат: «Куда лезете? Как баррраны»! Оставшиеся (а среди них и я) нехотя отступают назад. Дверь захлопнулась. «Я не баран»! - взвизгнула какая-то женщина.

Пока стоим, я наблюдаю за постовыми. Их двое, они расставлены около двух... пунктов, не знаю, как сказать точней. Это что-то среднее между автобусной остановкой и водочным ларьком, покрашенное в жовто-блакитный цвет. По бокам эти строения украшены коваными завитушками, переходящие местами в затейливые кружева, и это степное барокко просто вырви глаз на фоне камуфляжа и автоматов.

Сами автоматчики тоже непросты: косая сажень в плечах, все на них с иголочки, ружья, как игрушечки. Я не очень разбираюсь в обмундировании и амуниции, но качественные и дорогие вещи обладают особой аурой - их видно. Я не стала фотографировать, потому что за такие снимки можно неожиданно оказаться в застенках СБУ, но вы поверите мне на слово, что у них было всё самое лучшее?

И внутри кибитки было неплохо. Это раньше они во времянках ютились, на старых компьютерах клавиши выковыривали. Сейчас у украинских военных современные гаджеты-планшеты, рации, все вокруг увешано мотивационными плакатиками.

Вот парень в камуфляже с украинским флагом, завязанным на плечах в виде римского плаща, обнимает девушку. А она - его. На глазах у обоих слёзы-слёзы, на лицах любовь-любовь, на заднем плане поезд, уходящий на Донбасс. Парень едет бить сепаров (нас). Вот украинский полицейский - милая блондинка в черной униформе, которая чем-то напоминает форму немецких офицеров времен второй мировой, она обнимает ребеночка. Суровый воин склонился к матери-старушке, очевидно, символизирующей неньку. Все сделано добротно и с любовью.

Наконец, мы въезжаем в город.

Теракты в Москве

Сегодня вечером ехала в метро. Обратила внимание на то, что на одной из станций поезд стоит ненормально долго. Двери вагона открыты, но никто не выходит, все люди стоят и как будто чего-то ждут. Стала и я выглядывать из-за спин пассажиров. Когда смотрю, у одного из выходов (ближайшего ко мне) стоит рюкзак, а вокруг него свободное пространство, и никто не подходит. Тут же милиция и девушка в униформе метро.

Начали кричать: "Чей рюкзак? Чей рюкзак"? Я вылетела с того вагона, как ошпаренная. Отбежала к самому краю платформы, еще и на ступеньки поднялась, и смотрю оттуда, чем закончится.

Знаете, я одна была такая. На лицах остальных пассажиров была написана гамма чувств от скуки до безмятежности. Не то чтобы никто не вышел со мной (я уже не говорю, побежал), но даже не шевельнулся. Типа: а? чего там? мина? Да ну ее нахер.

Неужели сайты, которые говорят, что терроризма не существует, и все эти теракты - постановка, говорят правду? Ведь реакция людей тому подтверждение. Или я одна понимаю ситуацию правильно, а все остальные - дураки?

Пересечение границы Россия-Украина

Мы, группа из 11-ти украинцев, ждали маршрутку у метро Котельники. По телефону договаривались о цене 2 500. Расселись по местам, пришли два таджика и говорят: три. Мы: как три, почему, ведь говорили… - А вы слышали про военное положение?

[Spoiler (click to open)]
Когда я приехала к метро, мне сказали идти на заправку и искать черный мини-вэн. Но под белым снегом все машины черные – в полвосьмого вечера. Перезваниваю, спрашиваю:

- Где машина? Я не вижу ее.
- А машины еще нет. Идите к автомойке с той стороны, где мост, становитесь лицом к мосту и ждите. Или ищите группу украинцев, которые там должны быть.
- Здесь не видно групп.
- Но есть же какие-то люди?

Пошла бродить между заправкой и мойкой.. Да, какие-то мужички стоят там и сям, но как понять, кто из них украинец?

Наконец, набрела на двоих с озадаченными лицами. Видимо, им тоже сказано было стоять и смотреть на мост. Один из них в ярко-красной куртке с надписью во всю грудь «Россия».

- Вы украинцы? - спрашиваю.
- Да.

Ну слава богу. Вот уже нас трое.

Сколько я читала про правило 90-та дней, сколько пугали, что при нарушении его будут санкции вплоть до запрета на въезд, оказалось – всё неправда. Смело нарушайте. Я тоже не верила, что можно вот так, по окончании миграционного срока выехать из России, потоптаться пять минут на ничейной земле, потом вернуться, и тебе дадут свежую миграционку с новыми датами пребывания – иди, делай регистрацию, живи законно.

У таджиков два вида музыки в дорогу: «Ты целуй меня везде, 18 мне уже» и национальные напевы. Какое для вас меньшее из зол? Для меня оба хуже. Но выбирать нам не предлагали.. В маршрутке очень тесно, неудобные сиденья.

Меня посадили посредине на самое узенькое кресло с маленькой спинкой, а с обеих сторон на широкие кресла сели крупные пассажиры. Мужчины. Оба безотрывно в телефонах, один смотрит боевик, второй читает. У того, кто читает, лицо поумней, говорит он редко и коротко. Доехали до границы. Мне стало страшно, что на ничейную полосу я перейду, а назад меня не впустят. Все-таки незаконно это. И останусь я там, на морозе, без вещей, с двумя тысячами в кармане. А граница стоит пустая, как будто вымерла, ни машин, ни автобусов. Чем хочешь, тем и добирайся на ридну неньку, хоть на трассе голосуй, хоть пешком иди.

Раза три переспросила у читающего мужчины: точно ли нас всех впустят? Он заверил, что да.

- А вы сами уже делали пересечение?
- Нет, не делал.
- А если не впустят?
- Да успокойтесь вы!

На подъезде к границе таджик применил к нам восточную пытку. Я полулежала, прикрыв глаза, так хотелось немного забыться, а он принялся резко включать и выключать свет. И делал это минуты две без остановки, пока кто-то не сказал: «Э, ну хватит»! – «Я просто хочу их всех разбудить», - ответил он, смеясь, и продолжил щелкать выключателем. Идиоту было невдомек, что никто не спит, все просто выморились за дорогу и сидят, закрыв глаза от усталости.

- Подходите ко мне комплэктом, - сказал он на прощанье, - по одному нэ нада. В кафе сидить, всех ждать, комплэктом подходить.

Ох! Встали мы и пошли по ледяной дорожке. Тьма, ничего не видно, только тусклые огоньки впереди. Я взяла того мужчину под руку – он, как будто, был не против. Не знаю, чем он поможет, если меня не впустят, - скорее всего, ничем, но одной совсем уж тоскливо. Я то и дело поскальзываюсь и чуть не падаю, дергая его.

- Какой водитель тупой, - говорю я.
- Он просто таджик.

Впереди шли пассажиры из нашего автобуса. Андрей (так представился мужчина) сказал: «Побежали!». И мы побежали. Это нужно было для того, чтобы прийти к окошку первыми, а не стоять в очереди на ледяном ветру. Заодно согрелись.

Я так замерзла, что перестала соображать. Нужно было взять у пограничника миграционную карту, а я паспорт показала и пошла. Зато Андрей взял на двоих. Заполняли их на железном столе, паста в ручке замерзает. Всё. Моя ручка отказала, я еще попыталась карябать буковки железным стерженьком, чуть не порвала бумагу – оказывается, нужно было что-то подложить, например, паспорт. Он дал мне свой паспорт (у меня была пластиковая карта) и ручку.

Первые отстрелялись и бегом в кафе. От мороза и ветра слезы на глазах. Я получила новую миграционку от пограничников и кофе с пироженкой от своего спутника. Держу стакан и не чувствую пальцев. Он сказал: «Подожди. Ты сейчас выронишь кофе». Взял мои руки в свои и начал их греть. Андрей шел в меховых перчатках, а я без, и руки у него были горячие. Он с Дальнего Востока, работает там электриком, в Москву приехал специально для пересечения границы. Миграционка у него была просрочена на полгода, и он тоже боялся, что его не впустят.

- А если бы тебя не впустили, что бы ты стал делать?
- Перетянул бы и тебя на ту сторону.

В кафе стали подтягиваться наши, усаживались все за один столик, радостные, болтливые. Тот, что в красной куртке с «Россией» возбужденно смеялся. Вдруг пошел слушок, что один из нас не вернулся. Непонятно по какой причине, но парня не впустили назад. Кто-то видел, как его завели в какую-то кабинку, и больше он оттуда не выходил.

Все-таки я не зря переживала. Комплэкта не получилось, выезжало нас 11, а в маршрутку вернулось только 10. Мы просили таджика связаться с куратором группы, выяснить, в чем дело, он куда-то звонил, с кем-то разговаривал на своём, и в конце объявил нам, что да, парня не впустили.

Это мы и сами поняли. Но по какой причине, и как ему помочь? C деньгами ли он, без денег? Насколько тепло одет? Остаться на морозе в пустынном месте! Все немного повозмущались, затем водитель завел машину, и мы поехали. Какое дело нам, счастливым, до брошенного на пустыре сородича.