Category: работа

Category was added automatically. Read all entries about "работа".

Мы сами бедные



"Мы сами бедные"! - написала мне одна женщина в комментариях. Это, когда я говорила о том, что бывшие союзные республики едут в Россию зарабатывать. Сами россияне, - писала она, - на заработки ездят в столицу, потому что в регионах нельзя прожить. На днях мне как раз удалось познакомиться с одной из таких бедных женщин, ее приняли к нам на работу оператором.

«Эльмира Рамилевна», - представилась она руководителю на собеседовании. Хотя сама руководитель называет себя просто по имени.

Эльмира Рамилевна пришла на следующий день на работу с торбой, в которую уместился бы весь мой гардероб, с которым я приехала в Москву. Сквозь пакет просвечивалось что-то белое, не то коробка, не то листы бумаги, сверху они были закиданы каким-то тряпьем. «Куда можно поставить свои вещи»? – спросила Эльмира. Я подумала, что тумбочка около ее стола окажется маловата, и предложила поместить пакет куда-нибудь в шифоньер (там висит наша верхняя одежда и стоит обувь). «Будешь козенаки»? – предложила она, когда я налила себе чай. «Нет, я стараюсь сладкого не есть, - ответила я, - а так-то спасибо, конечно».

Мы сели рядом, я дала ей листочек со скриптом и начала объяснять суть работы. Что это за лицо! Приблизившись, я увидела все ее трещинки, а было их бесчисленное множество. Как пустыня не знает воды, так кожа этой женщины не знала увлажняющего крема. В тридцать пять лет еще не может быть такой сухости, изможденности и желтизны, разве только у тех, кто ни разу в жизни не очищал и не питал свое лицо. В каком медвежьем углу надо вырасти, чтобы так запустить себя? Эльмира говорит, что она из Астрахани.

[Spoiler (click to open)]
У нее крупные пухлые губы, причем, свои, не надувные. Обычно, к таким губам, если они естественные, прилагается довольно громоздкая нижняя челюсть – у Эльмиры все было в комплекте. Ничего, это можно было бы обыграть как-нибудь, если бы хоть иногда заглядывать на себя в зеркало. Но губы, покрытые шелухой отслоившейся кожи, даже если они очень полные и очень большие, не сделают из тебя Анжелину Джоли. Когда я объясняла ей по работе, Эльмира приоткрывала рот, и мне казалось, это большущая рыба сидит напротив меня, вся в чешуе и налипших крошках (она все-таки поела с утра козинаков).

Кое-где у нее уже пошла седина. Это довольно толстые восточные волосы, и седые волосины лежали поверх головы, словно спутанная леска. Нет, все-таки, что ни говорите, а отказ от косметики и прочий бодипозитив нашим женщинам не идет. Мне кажется, европейки не только примерили на себя простоту, а сделали из нее образ – как актер играет на сцене дурака, не являясь дураком на самом деле. А наши женщины поняли всё слишком буквально.

Пришла начальница и возмутилась: кто занял в шифоньере место для ее сапог? Эльмира убрала свой пакет, поставила его под стол. Я думаю: что в нем было? Она как будто жить сюда, в офис, переехала.

Эльмира начала общаться по телефону, и выяснилось, что говорить она не может. Голос у нее мягкий, нежный, но она как будто впадает в ступор при разговоре. Руководитель предложила ей читать с листочка – Эльмира читает по слогам! Как такое возможно? Ладно, двадцатилетние, жертвы ЕГЭ, но она должна была еще в нормальной школе учиться.

Когда ей сказали больше не приходить, Эльмира посмотрела удивленно. По взгляду ее читалось, что она видит себя вполне успешным оператором, а тут ее как-то не оценили. Наверное, и внешне эта женщина находит себя вполне привлекательной, ведь черты лица у нее неплохие. Мне отчасти жаль – она живет сейчас у знакомых, а денег на обратную дорогу у нее нет. Скоро знакомым приживалка надоест, съехать будет некуда и не за что, а где она заработает с такими задатками?

Я могла бы обучить Эльмиру за день. Скрипт у нас дурацкий: эти витиеватые фразы, которых никто не слышит, приветствия, объяснения. Там можно всего с пяток слов говорить в разных вариациях, в зависимости от того, кто берет трубку, и этого будет достаточно. Хотела предложить это начальнице, но у нее был слишком непримиримый взгляд.

Когда женщина - начальник



Начальница на работе хочет взять второго сотрудника. С нового года проводит собеседования, уже человек пятьдесят пересмотрела, никак достойного не найдет. Нет, взяла недавно одну девушку, три дня она отработала, в следующий понедельник прихожу – ее нет. Я не стала спрашивать о причине.

И вот на днях звонит парень. Я трубку взяла, голос у него молодой, приятный. Передаю телефон начальнице. Она: "А.. э.. мм.. У нас чисто женский коллектив. А вам будет комфортно? Да, но у нас одни женщины. А как вы здесь будете… Вы должны понимать, что если у нас работают женщины, то при рассмотрении кандидатур преимущество мы отдаем женщинам. Ну приезжайте, если… вам нечего делать у вас есть свободное время.

Так он на собеседование и не приехал. То есть она фактически отказала соискателю по той причине, что он мужчина.

Напомню, я работаю в колл-центре.
[Spoiler (click to open)]
А еще говорят, мужчины ущемляют женщин в карьере. Так, как может ущемить женщина, ни один мужчина не ущемит. Представляю, если бы я записывалась на собеседование, а мне сказали: "Вы знаете, у нас здесь одни мужчины, вам будет комфортно? Имейте в виду, мы отдаем преимущество мужчинам, потому что мужчины у нас везде. Как вы вообще в мужском коллективе работать собираетесь"? Я бы решила, что начальник псих.

А женщинам можно. Их никто ненормальными не объявит за то, что они хотят быть только с женщинами (само по себе это желание не кажется странным?). Я вообще заметила, что женщины в начальстве творят гораздо больше произвола. Мужчины хотя бы стараются втиснуть свой произвол в какие-то рамки, чтобы это выглядело прилично, законно, как минимум. Но если уж женщина станет у руля, она ни в чем себе не отказывает.

Когда я работала кассиром, у нас была менеджер Настя, девушка двадцати лет – очень, очень требовательная. Могла пройти мимо, когда ты сидишь и ешь на обеденном перерыве, и сказать: "Ты уже десять минут обедаешь". Вроде, обычные слова, но произносила она их так, что желудок останавливался. Голос у Насти тихий, а в нем клокочет ненависть. Кажется, где-то под рубашкой у нее припрятан стилет, и если ты сейчас же не закончишь обед, она подойдет сзади и проткнет тебя этим стилетом; тихо стечет струйка крови из уголка твоего рта, и никто никогда не узнает, от чего умер кассир. Мы называли ее гестаповка. Жесткость ее с персоналом доходила до того, что сами менеджеры, ее коллеги, пожаловались управляющей, что она разрушает коллектив. Кассиры с точки бегут, работать некому. У Насти начали волосы выпадать, пошла к врачу – оказалось, на нервной почве.

И вот пришел к нам некто Джавид. Трудно сказать, у нее вкус такой, или Джавид действительно обладал чарами, но Настю как подменили. Ходит с блаженной полуулыбкой на лице, ничего вокруг себя не видит. Скажешь ей: "Настя, у нас молоко заканчивается, морковки для сока нет, и миндальное печенье все поломалось". Она посмотрит на тебя, как из тумана, и ответит: "Да".

Все руководство по цепной реакции влюбилось (а в руководстве у нас были одни женщины от 20 до 40). Видят его и плывут. Чуть только больше одной соберутся: "Джавид, Джавид…" Не стесняясь, обсуждают, как у него тело сквозь рубашку просвечивается, как глаза горят, какие руки, улыбка, взгляд. И еще, что к нему все клиентки тянутся и льнут, и какой он поэтому ценный кассир.

Ценный кассир между тем охамел. Недели не проработал, но его уже назначают старшим, когда менеджера нет в зале. А он по-русски едва-едва! Настя отдает ему карту для отмены операций, и он не на кассе стоит, а только ходит между нами, отменяет, когда ошибка. В знак особого доверия Настя посылала его за сигаретами. Магазин был напротив, три минуты до него, но Джавид ходил примерно час. У нас горячая пора, народ так и валит, Насте приходится самой за кассу становиться вместо него и обслуживать. Придет довольный, а она злая, но слова ему сказать не может, а то обидится. А раз высказала, так потом полдня сама не своя ходила, пришлось его с собой на перекур звать, чтобы там объясниться.

Все кассиры терпят, чтобы два раза в день сходить покурить, а Джавид с Настей ходят вместе – когда вздумается. Мне-то все равно, я не курю и карьеры делать там не собиралась, мне это даже удобно было – Настя, наконец, перестала следить за тем, сколько я ем. Но понятно, кого из кассиров возьмут на место менеджера, если оно освободится? И главное – за какие заслуги?

Я уж и так, и эдак к тому Джавиду присматривалась И в глаза его заглядывала, и на руки – обычный! Парень лет 25-ти, черненький, белозубый. На такого белую рубашку надень – вот он и красавчик. Этим ты, что ли, голову всем задурил? Поговорила с ним немного: че делаешь, как живешь. Он рассказывает и улыбается - на всякий случай, всегда одинаково любезно. Кукла с глазами. Впрочем, он, может быть, заметил, что я к нему как дознаватель подхожу, и отгородился. Но объективно - от чего там таять, от чего млеть? Объяснение у меня одно – дуры.

Работа в колл-центре



На самом деле колл-центр – это одна я. Я сижу в том же кабинете, где пахнет духами и играет тихая музыка, в большом удобном кресле. Стол моей начальницы позади, больше здесь никого нет. Алёна – молодая девушка и уже генеральный директор. Каждое утро Алёна приходит в сапогах и переобувается в туфли на шпильке, в них она прохаживается по коридору до туалета и обратно.

Мы замечательно проработали с ней один день – не проронили друг с другом ни слова. Я занималась своей работой, она – своей. В конце дня Алёна достала деньги, положила их мне на стол и сказала: «Ваша зарплата». Я поблагодарила.

А на следующий день офис оказался закрыт. Я стояла и ждала под дверью – уже пятнадцать минут, как начался рабочий день. Коридоры в этом бизнес-центре узкие, еле-еле разминутся два человека. На стенах висят картинки с изображением старинных зданий. Я как раз рассматривала одну из них – готическая башня с часами, а рядом мост, – когда из-за поворота возник молодой человек в синей панамке. Он сказал: «Юлия? Я Всеволод. Я сегодня буду с вами».

Мы зашли в офис. Из двух начальнических столов он выбрал тот, на котором сидел большой плюшевый мишка. Так и провел за ним полдня, не снимая панамки.

У Всеволода бицепсы и белая футболка, а джинсы сидят на его бедрах так небрежно, что кажется, вот-вот упадут. Да и сам он едва не падает с кресла, когда сидит: скатится глубоко под стол, лишь голова торчит над партой. У нас в школе такую позу принимали мальчики, которые отставали по всем предметам. Сидящий Всеволод еще как-то походит на мужчину, но когда встанет, начнет прохаживаться и заговорит, в его облике появляется что-то ломливое, как у манерной девушки, и накачанные мышцы уже не спасают положения.

[Spoiler (click to open)]
Пару часов мы провели молча: я звонила, он скучал. Потом я услышала у себя за спиной шептание, оглянулась. Всеволод почти лег на стол грудью (держать корпус прямо он никак не может) и, уставившись в экран компьютера, пришептывал, как будто спорил с кем-то. Не знаю, что он смотрел, в ушах его были наушники. Когда это наскучило, Всеволод сходил за пачкой семечек, высыпал их горкой на стол и принялся лускать. Раза два выпил кофе. Покончив с семечками, он уже не знал, чем заняться. Всеволод томился. Самая тяжелая работа – ничего не делать.

Позвонил Алёнин телефон, я взяла трубку (он брать отказался, замахав на меня руками). Какая-то девушка приехала к нам на собеседование из Волгограда. Она шла с вокзала с чемоданом и спрашивала, как лучше доехать. Поскольку я не знаю местности да и вообще не знала, как поступить, ведь директора сегодня нет, я передала трубку Всеволоду - почти насильно всучила. Наша молчаливая борьба длилась несколько секунд: я настойчиво протягивала телефон к самому его лицу, а он, отшатываясь, вращал глазами и строил на лице гримасы несчастья. Закончилось тем, что я положила трубку на его стол и отошла.

- Через пару дней позвоните, - сказал Всеволод. Говорил он так же небрежно, как и держался. – Руководитель на больничном. И что? Ничем не могу помочь. Объявление давал отдел кадров, туда все вопросы. Наш телефон? Да, иногда они публикуют наш телефон вместо своего. А смысл? Вот вы меня сейчас обматерили, а у нас стрессоустойчивость нужна, - и он нажал отбой.

После этого события Всеволод оживился. Прошелся по офису, пересел с кресла на диван. Спросил, не холодно ли мне? Не жарко? Закрыл и вновь открыл окно. Объяснил, что есть на свете люди теплолюбивые и холодолюбивые, и одни с другими плохо уживаются в помещении. Принес шоколад к чаю.

- Юлия, а кто вы по профессии? – спросил он.

Я рассказала ему о своих профессиях. Он мне о том, как мутить бизнес в Москве. Он не понимает, почему я здесь работаю. И начал учить, как искать работу на Яндексе и Хантере.

- У нас здесь приезжие дольше двух дней не задерживаются, - сказал Всеволод, - а москвичи сразу уходят. Москвичи вообще не работу ищут, а место, где деньги получать.
- А вы сами приезжий?
- Да (он назвал страну в Средней Азии).
- А я с Украины.
- Почему Москва, а не Киев?
- Не знаю. Мы как-то не рассматриваем Киев как место заработка.
- Почему? Это же ваша столица, там по определению весь бизнес, много рабочих мест.
- Наверное, да. Но туда никто не едет. Все или в Москву, или совсем заграницу.
- Но где логика? Если в Москве ты негражданка и у тебя проблемы с трудоустройством, то в Киеве бы их не было, так?
- Так. Но там нет смысла.
- Почему?

В таких разговорах мы провели остаток рабочего дня. Работа моя стоит… я никому не звоню и никого не подписываю на наши услуги. А ведь мне платят именно за это. Ну и Всеволод тоже заплатил.

- Я никого сегодня не записала, - сказала я, беря деньги.
- Вы должны понимать, что бизнес – это процесс волновой… поток клиентов не может быть однородным. Это зависит от многих факторов, для нашего бизнеса – сезонных, в первую очередь. Сегодня никого, а завтра десять.

Всеволод отпустил меня домой на пятнадцать минут раньше, но после этого мы проговорили еще сорок пять минут, так что я вышла из офиса позже на полчаса. Назавтра у меня не было десять клиентов, а снова ни одного, потому что повторилась та же история. Да, я целый день в разговорах, но не с теми и не о том. Я совершенно не приношу дохода фирме, но я ведь не святее папы римского, если мне на работе разлагают дисциплину, я охотно разлагаюсь!

Так мы провели три дня. На четвертый вышла Алёна и была очень недовольна моими результатами. Всеволод иногда еще заходит к нам, садится за свой стол с мишкой и все трое мы молчим. Изредка Алёна скажет ему что-то, он огрызнется, и снова тишина. Со мной Всеволод больше не заговаривает, я тоже делаю вид, что мы незнакомы.

1100 или 2000? (руб.)



Речь идет о зарплате в день. Не желая больше проходить такой квест, я стала искать работу с ежедневной оплатой. Отработал – получил, и не надо думать, порядочные люди твои работодатели или не очень. А если не заплатят, - по крайней мере, ты потерял всего день своего времени, а не месяц.

Конечно, вакансии по такому фильтру… прямо скажем, не вакансии мечты. Водители, грузчики, упаковщики; уборщицы, горничные, парикмахеры. От одного упоминания о горничных мне хочется бежать, а в уборщицы я всегда успею. Я нашла две компании, в одной обещали 1100 в день, в другой - 2000.

Я поехала сначала туда, где 2000.

[Spoiler (click to open)]
Сижу на стуле у стеночки в комнате, где пол затоптан сотней человеческих ног. Сам кабинет располагается в подвальном помещении без окон с искусственным светом, от чего лица девушек выглядят так, будто из них выпили всю кровь. Они напротив меня за двумя стойками, смотрят осоловело, отвечают на вопросы, как автоматы. Думаю, девушки уже не различают лиц посетителей, а самое большее - их пол.

Я заполнила анкету, и меня направили в другой кабинет – на собеседование к руководителю. Начальница выглядела более холёной, но тоже жертвой графа Дракулы. По тому, с какой четкостью девушка выговаривала фразы, я поняла, что она в тысячный раз произносит этот скрипт. Девушка здесь в деловом жакете и очках, а предыдущие были без очков и в простых свитерочках, - как будто взяли трех куколок и нарядили в имиджевую одежду, чтобы было понятно, кто есть кто. По сколько же часов вы томитесь в этом подземелье?

Что нужно делать за 2000 в день? Продавать косметику.

- Это фиксированная ставка или процент от продаж?
- Фиксированная ставка, выплачивается в конце рабочего дня.

Пол в кабинете начальницы был такой же грязный, как в приемной, где сидели эйчары. Сотня людей прошла здесь за день, не меньше. Это вы каждому платите по 2000? А сами живете в подвале и не можете нанять уборщицу.

Мы договорились, что я подъеду через день в 9-ти часам утра. Нас будут ждать менеджеры. Они соберут приехавших и повезут с собой на точку. Точки каждый день меняются, менеджеры тоже. Я вышла из подвала по крутым ступеням, еще раз оглядела кирпичную пристройку, которая лепилась к торцу обычного жилого дома, будто скворечник, и поехала на другое собеседование.

По пути мне позвонили еще из одной компании (я выставила свое резюме в сети). Не хочу ли я работать администратором в сети кальянных и ночных клубов за 100 000 в месяц? Даже не знаю… Работа суточная, по ночам.

- Вы когда-нибудь администрировали ночной клуб?
- Нет, только фитнес-клуб и учебный центр.
– Ничего, научитесь. Стажировка платная, 1000 в день, график сутки через двое, каждую смену на руки процент от дохода заведения, и в конце месяца з\п 50 000. Все вместе составляет около 100 000.

Я пообещала подъехать на собеседование.

А что предлагают за 1100?

Здесь был бизнес-центр. Старинные постройки из кирпича, метровые стены. Я зашла в просторную светёлку об одном оконце, - наверное, раньше так строили, чтобы экономить тепло. Отопление этому зданию действительно не нужно. Девушка, которая меня встретила, сидела при открытой форточке в маечке на голое тело. Видно было, что она здесь хозяйка: говорит без напряга, с ленцой, фоном звучит легкая музыка. В помещении очень чисто и пахнет духами.

Ей нужен оператор в колл-центр, можно без опыта. Сложного ничего нет: тебе дают три строчки, ты их проговариваешь в телефон, и всё. Звонить надо будет в организации, не частным лицам, базу предоставляют. 7-часовый рабочий день с перерывом на обед.

Я сейчас там работаю. Туда, где 2000, я не пошла. А те, которые 100 000 предлагали, звонили еще два раза - я переносила собеседование. А на третий раз отказалась - ну виданное ли дело? люди бегают за мной по всей Москве, не знают, как 100 000 вручить.

Как получить свою зарплату

Никогда еще я не получала свою зарплату в такой торжественной обстановке. Передо мной стол, стул и белый лист бумаги, на котором я должна написать чистосердечное признание. За это мне дадут деньги.

Зал для мероприятий на сорок слушателей, яркий свет. За мной следит четыре человека: директор, администратор, Федя (не знаю, кто он), и как высший надзорно-контролирующий орган – один из соучредителей. Вызвали специально по такому случаю.

Учредителей всего трое, этот самый красивый из них и отвечает за представительство: читает лекции, выступает на конференциях, даже по телевизору давал интервью. Иконописное лицо, взвешенные речи, и от всей его фигуры веет безупречностью. Когда директор стала обкладывать меня матом, он ее остановил.

Нет, материться она не сразу начала. [Spoiler (click to open)] Я зашала в офис, думая, что сейчас подпишу какую-то бумажку, получу деньги и уберусь восвояси. Но не тут-то было. Сначала меня выставили в коридор, а затем пригласили на это торжество. Учредитель сел сзади, за моей спиной, администратор стала впереди, директор зашла сбоку, а Федя перемещался по периметру. Окружили, как дикого зверя.

Что за расписка, которую я должна подписать? По наивности я считала, что-то вроде: я, такая-то, приняла энную сумму денег от такой-то в качестве зарплаты за энный период. Ну логично же? А вот и нет.

Мне дали текст-образец, который я должна была переписать от своего имени. По нему выходило, что я никогда – никогда! – не работала на фирме N. Я была принята на обучение, но на должность администратора меня не взяли по причине моего прогула. И что «никаких претензий никакого характера не имею». О деньгах ни слова.

В этой компании мне открываются все новые и новые грани человеческой изворотливости.

Я спросила:

- Это вы мне за обучение по 2000 платили?
- Да.

Я сказала, что писать эту ложь не буду. Я здесь работала и пришла за зарплатой. Факт трудовых отношений могу доказать в Роструде, доказательства у меня есть. Согласна написать расписку с другой формулировкой, которая отражает настоящее положение дел. Вот тут она и начала материться. Как эта хабалка попала на руководящую должность? Женщина совершенно не способна держать себя в руках.

Дальше начался базар… Я им про фому, они мне про ерему, я им про ерему, они мне про фому.

- Какая тебе разница, что подписывать? – спросила Татьяна. Я отдам тебе деньги! Вот они! – и она разложила купюры веером на соседнем столе. Красиво разложила, как открытки на ярмарке.
– Ну я же не знаю, как вы потом этой распиской можете воспользоваться.
Вдруг окажется, что я зашла в офис и украла эти деньги (этого уже озвучивать не стала). Тут она взвилась: зачем ей пользоваться моей распиской, у нее одна цель – откреститься от всего этого и забыть меня, как страшный сон.

Ну что, я решила брать деньги. Учредитель спросил участливо: "Что же все-таки произошло"? Какая незамутненность! Он принуждает меня подписать вранье и одновременно хочет знать правду. Пытался задавать еще какие-то вопросы… Только зачем мне их вопросы? У них есть сотрудники, которые РАБОТАЮТ на фирме, вот пусть их и опрашивает. А я здесь человек посторонний.

Сказала, что даю эту расписку под давлением и все, что в ней содержится, является ложью.

Пришла домой злая. Хотела писать о действующих лицах этого притона открыто. Но муж сказал, не надо, а то приедут от них и голову тебе отобьют. Я в это не особо верю, но ради его спокойствия согласилась. Да и мне показалось, они как-то встревожены. А что? Это люди с деньгами, многое могут.

Когда тебя уволили

Недавно я писала, что жизнь моя однообразна и суха – внезапно она оживилась.

Меня уволили по смс. Сижу я дома, вдруг приходит сообщение: ты уволена, приди, забери свои вещи и сдай ключи от офиса. Не сказать, что я очень удивилась – мои отношения с начальницей были не безоблачны, но легкий шок получила. Да, в этой же смс-ке она сообщала, что выдаст мне расчет за все отработанные смены.

За что уволили, потом напишу, сейчас не в этом суть.

Делать нечего, я поехала в офис. А явиться мне нужно было не позже шести вечера – это было ее условие. Я до шести не успевала. Еду и думаю: а не зря ли я еду? Спрашиваю по воцап: «Расчет наличными»? Ответ: «Не знаю».

[Spoiler (click to open)]
Я как-то насторожилась. Сказала, что получится подъехать только к седьмому часу, есть ли смысл? Она ответила мутно, но в том смысле, что в моих интересах приехать.

Что ж, я свои интересы соблюдаю, еду. Но так неприятно на душе, хоть назад поворачивай. И лучше бы я тогда повернула, не было бы всего этого, что случилось потом.

Поднимаюсь я в офис. Там Диана, второй администратор, с порога мне:

- Отдавай ключи.
- А деньги?
- Всё твоё Татьяна сложила в пакет и отдала на охрану.
- И деньги?
- Не знаю.
- Ну так я сейчас узнаю, - и спускаюсь на проходную.

Там охранник, выносит мне из подсобки какой-то пакет. Я начала его разворачивать и попросила охранника не отходить, а быть свидетелем. В пакете были сложены мои личные вещи: туфли, кружка, салфетки. Денег не было.

Я поехала домой. Вдогонку Татьяна с Дианой стали мне писать и слать голосовые, что после моего визита из офиса пропали 500 000 рублей! приготовленные для гонорара лектору. И что они сообщат об этом в полицию.

Не могу описать, как меня перетрясло, пока я доехала. Заснуть не могла всю ночь. Из договоров я знала, как зовут нашего генерального директора, поискала его в интернете. Нет, у него не уникальное имя, таких много, но на аватарке была картинка специфическая, по которой я поняла, что это он. Написала ему про 500 000, и про всё остальное. Попросила выплатить мне зарплату и выразила готовность отдать ключи. Но он не ответил.

Тогда я связалась с пиар-менеджером и попросила посодействовать мне. Наверняка у нее есть личные контакты генерального и она могла бы сообщить ему о моем письме. А если нет, я буду писать о происходящем у себя в блоге. Я устала быть в подвешенном состоянии.

Что тут началось! Мне пришла портянка на два экрана о том, какая я обманщица, шантажистка и пиарщица, мои угрозы не пройдут, и компания подаст на меня в суд за клевету. Что мне не удастся запятнать светлое имя генерального директора, и вообще, у него на фирме я никогда не работала (вот тебе и раз!), потому что нет там моих документов, ни трудовой, ни СНИЛС и еще чего-то… К тому же, гендиректор вопросы нашей конторы не курирует, так что здесь я вообще не по адресу.

Под "нашей конторой" я имею в виду то направление его бизнеса, где я работала – организация мероприятий. У него несколько компаний, они занимаются разным, но все между собой связаны. Заплатить не может – бедный!

Верите ли, я устала работать бесплатно. До боли знакомая ситуация, когда тебе говорят: ты уволена, а деньги потом. Фитнес-клуб научил меня понимать такие слова. Я еще пыталась разговаривать с теми двумя – Дианой и Татьяной. Они повторяли практически то же самое, что пиар-менеджер, добавляя, что я ненормальная, и что «генеральному директору на тебя насрать».

После этого я уже не отвечала им. Они еще названивали немного, сначала с телефона Татьяны, потом с какого-то левого номера. Но о чем говорить с этими людьми?

Я совсем упала духом, но вот около одиннадцати пишет сам генеральный – и вечер перестал быть томным. Наш разговор был похож на драку, он побеждал. Генеральный, конечно, не выражал этого прямо, но где-то подтвердил слова Дианы про свое ко мне отношение. Такой… князёк, а вокруг него челядь. Он начал со мной «разбираться», почему я не приехала к шести, почему я не предупредила, что опоздаю, - и всё как-то так выходило, что я сама виновата – не захотела получить свои деньги. А зарплату мою никто не задерживает, я могу забрать ее в офисе наличными под расписку.

Вот сразу бы так.

После этого мы еще немного пообщались и подвели итоги. Он сообщил мне, что я глупа, а я ему – что он отвратителен.

Футболки для Яндекса

Наверное, эта девушка в прошлой жизни была пиратом. Я думаю, внешность не дается просто так, она отражение опыта, который ты пережил, и энергий, которыми научился управлять. Если у тебя шрам, который идет наискось через лоб, бровь и скулу к мочке уха, как пиратская повязка, это о чем-то говорит? Глаз не задет, и слава Богу, а то бы пришлось носить повязку настоящую. Склонность к татуировкам, которым уже мало места на туловище, и они, охватывая шею, подползают все ближе к лицу – лицу красно-рыже-рябому, как будто обожженному солнцем. Где, как не в скитаниях по океанам, можно приобрести эту дубленую кожу, этот хриплый голос? За 30 лет жизни в женском теле в обычной городской среде ты не станешь такой.

Служить боцманом на корабле, управлять командой полубандитов-полуматросов, тренировать глотку, перекрикивая ветра, железной рукой подавлять пьяные бунты – вот обстановка, в которой эта девушка смотрелась бы захватывающе и остро. В такую можно было бы влюбиться, во всяком случае, восхищаться ею. А что предлагает ей жизнь?

[Spoiler (click to open)]Вписанная в картину зауряднейшего швейного цеха, в котором она поставлена бригадиршей, среди дюжинных женских лиц, которые не оценят ни ее героизма, ни воли, ни борьбы со стихией, девушка теряет всю свою красоту. Вот так неподходящая рама губит гениальное полотно.

Творец нарисовал портрет, а плохой ремесленник сделал ему оправу - и получилась обычная человеческая судьба. Вместо парусов – груды тряпок на столах, вместо палубы – производственное помещение размером с корабль. Боцманиха ходит из одного его конца в другой, покрикивая на команду. Она носит коротенькие облегающие шорты (не удивлюсь, если видит себя сладкой девчушкой), из шорт растут крепкие мужские ноги. Сильные икры, плотные ляжки, широко поставленные ступни. Зачем она так расставляет их, когда стоит? Наверное, кармическая память подсказывает ей, что нужно быть настороже, ненароком корабль качнется, и неустойчивых смоет волной. Она и ходит так, что с ног не собьешь.

Но довольно о ней, ведь я хотела рассказать о футболках. Нам дали заказ – партию бело-синих футболок, в маршрутном листе изделия написано «Футболки. Яндекс». Зачем Яндексу столько футболок? Всей компанией, что ли, станут носить? Ткань дешевая – трикотаж с нулевым содержанием хлопка, с лица гладкая, с изнанки с напылением. Напыление это призвано сохранять тепло, а на самом деле оно будет способствовать лишь сильному потоотделению. Наверное, Яндекс решил этими футболками поощрять худших сотрудников.

Но это не просто футболки, а с выдумкой. Модельер разработал для них фигурный рукав, состоящий из двух половинок, белой и синей. Половинки эти состыковываются не ровно, а образуя тупой угол, низок рукава тоже оформлен в виде углов. Вот эти углы мне и дали вытачивать.

Боцманиха посмотрела мой рукав и говорит: «Делай строчку меньше». Выражение это бессмысленное. Можно сделать мельче стежок, можно уменьшить ширину шва (отступ от края до строчки), но саму строчку, вот это переплетение нитей на ткани, ты никак меньше не сделаешь. Уточнила у нее, что она имеет в виду. - «Будешь умничать, не сработаемся». Я сделала мельче стежок. Боцманиха разозлилась, села за мою машину и показала, как надо – оказывается, она имела в виду ширину шва. Словами же сказать нельзя. Ширина шва в трикотаже составляет от 0,7 до 0,5 мм. Обычно на производстве технические характеристики где-то указываются или хотя бы проговариваются вслух, но не у нас.

Дальше она перешла к таджичке, тоже новенькой. Стала кричать на нее, почему та не выделывает угол на рукаве, как следует? «Почему угол, как кишка»? Села показывать сама. Углы у бригадирши выходили не намного лучше. Они, конечно, больше похожи на углы, чем на кишку, но все равно очень страшные. Короткими негнущимися пальцами она прихватывает рукав, как будто собирается высморкаться в него, и никак нельзя понять, что же там, собственно, происходит. Виден лишь конечный результат, а он печальный. «Следи за руками», - говорит боцманиха таджичке, но и эта фраза бессмысленна.

Я поняла, в чем там проблема – она не дорезает надсечку. Чтобы обтачать хороший угол, ткань в месте поворота строчки необходимо надсекнуть – попросту разрезать. Разрезать ее надо, не доходя до самой строчки 1-1,5 мм. Расстояние это следует выдержать безупречно, потому что если будет больше 1,5 мм – угол не вывернется и останется «кишкой», если меньше 1 мм, в этом месте может образоваться маленькая дырочка, а поскольку трикотаж легко тянется, то со временем и большая дыра. Тебе эту футболку придется купить и сносить самой. Таджичка просто боится разрезать больше, чем нужно.

А бояться не надо. Достаточно в моменте поворота строчки упереться рассекателем (это инструмент типа ножниц одновременно похожий на щипцы) в иглу и сделать одно точное короткое движение. Игла служит естественным ограничителем, дальше которого рассекатель не пойдет, он не дорежет ровно 1,5 мм. Вот это все я бы показала своей коллеге, но только не на глазах у бригадирши. Вижу, как в остервенении она пытается объяснить таджичке что-то словами, но та плохо ее понимает.

Что там говорить, я сама ее не понимаю, как будто говорим мы не на одном языке. С самого утра, еще до того, как сесть за работу, боцманиха пыталась научить меня, как задавать программу, чтобы машина сама делала закрепки. Программа состоит из двух кнопок – я ее не освоила! Я катастрофически не понимаю речи своей начальницы. Даже не берусь описать наш диалог, потому что весь он состоял из междометий, восклицаний и немых вопросительных знаков.

- Поняла? - спросила она меня в конце.
- Нет.
- А телефоном ты пользоваться умеешь?

В глазах ее я заметила что-то вроде классовой ненависти.

Ничего личного

Я все-таки вышла сегодня на работу, потому что нам обещали дать по 5 тыс. за май. Поднимаюсь на рецепцию, а там две девушки. Я поясню: мы работаем по двое. Но их и так уже двое. Догадаетесь, кто из нас лишний?

- Меня что, уже уволили? – спрашиваю, подходя.
Девочки замялись:
- Да нет, почему ты так решила, это просто Паша смены не согласовал. Может, кого-то из нас сейчас отправят домой…
- Ты считаешь, нам троим оплатят этот день?
- Да чего ты Юля прям так с утра…

Я и сама чувствую, что вызверяюсь, а девчонки-то не при чем.

Кое-как до часу дня дотянула. Пришел Паша, но с ним разговаривать бессмысленно. Пишу управляющему:

- Не ожидала от Вас такой подлости.
[Spoiler (click to open)]
Он:
- Что случилось?
- Если увольняете, хотя бы деньги заплатите.

Через двадцать минут прибежал испуганный Паша:

- Юля, давай поговорим!

Ну надо же. Вот и поговорить со мной захотелось. Отошли мы с ним в кафе, сели за столик.

- Юля, ты не подумай, ничего личного, просто у тебя украинский паспорт, а мы этого сейчас не можем себе позволить. Дело не в тебе, но если зайдут проверят ваши документы мы попадем на большие штрафы. Я не знал, когда пришел, что ты гражданка Украины, Кристина принимала тебя, а теперь у нас ситуация безвыходная…

Умом-то я понимаю, но мне хочется перекусить ему горло. Наверное, он что-то такое почуял, потому что заерзал на своем стуле, как червяк на игле.

Нет зрелища более жалкого, чем хитрый человек, который мнит себя утонченным, и разговор свой корявый, дуболомный пытается выдать за дипломатическую речь.

- А деньги? – спрашиваю я, когда он заткнулся.
- Ну… как всем. За май в начале следующего месяца, а за июнь в августе.

На всякий случай я сообщила ему, что:
1. Я сняла клиентскую базу с личными данными людей, которые подтвердят, что я их обслуживала.
2. Я сняла видео, как я общаюсь с клиентами.
3. Я сняла видео, как я общаюсь с сотрудниками.
4. Я сохранила чат в воцапе, где мы обсуждаем рабочие вопросы.
5. Я человек злой.

Последнее он и сам понял. Сказал: «Деньги будут. Если не хочешь, можешь не дорабатывать этот день, иди домой, я тебе его засчитаю».

Как вы думаете, не совсем они подлецы?

А это фоточка с места события.

Я знал, что будет плохо, но не знал, что так скоро (с)

Подошла к управляющему спросить насчет зарплаты – он не в курсе. Ну это вкратце содержание его речи, а так-то он много слов произнес. И смотрел такими мягкими проникающими глазами, как будто все-все обо мне знает, каждую пичальку мою понял, каждую обидку принял, взлелеял и около своего сердечка сложил. Прям как я смотрю на посетителей, когда они просят полотенце.

Даже возмутиться не получилось. У него такая интеллигентная манера разговора, что возмущения мои из горла нейдут. Как я их подготовила, так они там и остались, непроизнесенные. Вот это управленец, я понимаю, вот это работа с персоналом. Ему бы не нашей дырой, а приличной сетью руководить. Как жаль, что его искусные речи на хлеб не намажешь и в кошелек не положишь.

К нам приняли новую девушку-стажера, она москвичка. Родители ее умерли и оставили квартиру в старинном доме с высокими потолками. Дом из тех, где стены в руку толщиной, как крепость. Квартиру Аня делит с бабушкой, братом, женой брата и мужем. Он такой юный, на мальчишку похож (я была у них, Аня нас познакомила). Спрашиваю: чего ты на эту работу подалась, для понаехов? Ты знаешь, что здесь денег не платят? Но она пока решила работать.

Так вот, вызвала она меня на улицу «покурить» и говорит:

– Юля, мне Лиля сказала, что Паша сказал, что будет тебя увольнять.
[Spoiler (click to open)]– Это он Лиле сказал?
– Нет, не Лиле. Но Лиля слышала и мне сказала. Только просила тебе не передавать, потому что если Паша узнает, что от Лили вышло, то Лиле ничего не заплатят.
– А так заплатят?
– Да, пообещали в августе…
– Понятно. А за что?
– Не знаю. Но сказал, что тебя здесь не будет. Лиля переживает. Говорит, как Юлю жалко. Она ведь ходит, ни о чем не догадывается, улыбается, разговаривает с нами... а сказать ей нельзя.


«Как Юлю жалко». На улице я еще как-то держалась, и пока в лифте ехала, а как поднялась на этаж и увидела наш клуб, стойку рецепции, у меня от бешенства в глазах потемнело. Бармен что-то сказал мне, проходя, я на него рявкнула. И никому ведь здесь не расскажешь, пар не выпустишь.

Поехала я на следующий день в Инспекцию по труду. Там девушка молодая консультант. Беседовали мы минут пять, она сказала, что дело мое безнадежное, денег я не добьюсь и лучше мне просто уйти из той компании, которой я даже юрлица не знаю, и больше никогда так не попадать. В связи с этим я хочу просить вас, друзья: не могли бы вы мне помочь деньгами, кто может? Мой номер карты Сбербанка

4817 7601 9226 0085

24-го платить за квартиру, а у меня на счету 5 тыс.

А тот рабочий день закончился плохо. Доработали мы смену, ну и я вместе со всеми, скрипя зубами. В 10 часов вечера пришел ночной администратор, Миша. Он на фортепиано играет, окончил музыкальную школу, сейчас самостоятельно учится на скрипке. В балетном зале у нас стоит пианино, Миша нам играл – свои произведения.

И в этот же момент пришел посетитель – нудный парень. Через день является и мозги компостирует. Да, есть за что. У нас тараканы раньше только в раздевалке бегали, а теперь дошли до рецепции. Ходят среди бела дня по полу – хорошо еще, не по столу. Мы их давим, но толку мало.

Ну и начал он за тараканов, за полотенца, за туалетную бумагу, - за все то, что нам оскомину набило, и над чем мы не властны. Посетитель этот не просто нудный, а нудно-агрессивный. Говорит он долго и вроде спокойно, но как-то сквозь зубы, будто сейчас плюнет в тебя. Бровью дергает, кадыком играет. Он раньше на меня попадал, и мне удавалось его успокаивать.

А тут Миша. Миша стал ему отвечать не как мы, девочки, а как мужчина мужчине. Без наезда, но жестковато. Адекватно отвечал, на мой взгляд, как следовало. А может, сыграло роль то, что рядом были девушки, и ему неловко было стоять и обтекать. После слов «не клуб, а говно», «в глаза мне смотри» и еще нескольких оскорбительных выражений, Миша сказал: «Ты свободен, тренировка сегодня пройдет без тебя». Посетитель размахнулся и ударил Мишу по лицу.

Игроки

Был у меня еще опыт трудоустройства. До того, как я попала в этот клуб, я пробовала работать в другом клубе, букмекерском, на должности кассира. Я подумала, если я в кафе за кассой стояла, то и там тоже смогу.

Это известный клуб в Москве, все его знают, отделения открыты на каждом углу. Заходишь – даже в самый яркий полдень здесь полумрак. Свет дают лишь экраны телевизоров, развешанные по стенам, и игровые терминалы. Точечные светильники на потолке как звездочки. Из этой полутьмы на тебя взглядывают редкие лица – преимущественно, мужские. За все дни, которые я там провела, мне пришлось наблюдать всего пару женщин-игроков.

C первого взгляда в них легко угадывается несчастье: они чего-то ищут в этой жизни, и никак не могут найти. Их цель не мужчины; каждая как будто нарочно старается выглядеть невзрачно, блёкло и запущенно, в этом женщины соревнуются друг с другом. Иссохшие щеки, собранные складочками веки, а между век что-то бесцветное, мутноватое – их глаза. Это не зрачки, а тоскливая жижа, вытекающая в мир. Я представляла себе, что у игроков глаза должны быть горящие, с искоркой безумия и страсти, а они вот такие.

[Spoiler (click to open)]
Они не смотрят по сторонам, и было бы странно, если бы этот загнанный взгляд устремился вдруг на мужчину в зале. Молча подходят женщины к кассе и делают ставку, какую-нибудь простую, незаморочную. Не помню, чтобы кому-нибудь из них выплачивали выигрыш. Вблизи я вижу полное отсутствие косметики, или такой макияж, который набавляет ей лет десять. Наверное, так она красилась в юности, когда хотела выглядеть взрослее, и до сих пор продолжает мысленно жить в той прекрасной поре.

Девушки-кассиры встречают их по-доброму – мне показалось даже, с ноткой сочувствия. С другими игроками они могут и поругаться, и нагрубить, а женщинам – никогда. Это лежачие, которых не бьют.

В своем праве здесь только мужчины, это их территория. Жалко выглядят лишь молодые таджики, которых гонят прочь, а они просачиваются. Те, которые не говорят по-русски, обводят кружком название команды, на которую желают поставить, и просовывают в окошечко деньги, 200-300 рублей. Сначала таджиков отшивали, а потом стали перекидывать на меня, чтобы я на них тренировалась.

Они подходят безмолвно, смотрят покорно. Если что-то сделаешь не так, не выкатывают претензий, а становятся еще более покорными, как будто теперь их отшила не кассирша, а сама судьба. Сидят стайкой за одним терминалом, перешептываются – тише воды, ниже травы. Через некоторое время замечаю, что они меня водят за нос.

Вернее, заметила это не я, а старший кассир. Таджики по очереди подходили делать ставки, а когда Вера посмотрела на список паспортов (отображается в программе) – там был один номер на всех. Т.е. они пускали по кругу чей-то паспорт, а я не заметила. Надо было сверять фотографию с лицом, ну я и сверяла: смуглый? черноглазый? скуластый? Попробуй скажи, что не он.

Как Вера ругала их! Ответственность за подлог паспорта несем мы. Так и осталось непонятным, чей это паспорт. Таджиков выгнали взашей и пригрозили полицией. Но на следующий день снова потянулась вереница смуглых, безмолвных, покорно глядящих в глаза судьбы.

Потом мне дали старичка, Василия Ивановича. Никто не хотел его обслуживать, потому что возни с ним много, а толку ноль. Толк – это чаевые с выигрыша. Василий Иванович ставит помалу, и только на сильную позицию, за которую дают самый крохотный коэффициент; ну и выигрывает помалу, если выигрывает. Здесь, как нигде, любят успешных.

Приход Василия Ивановича предваряется запахом. В конторку к нам начинает просачиваться дух тлена и заброшенности, как будто в клуб ступил не живой человек, а тот, всенародно известный и умерший 100 лет назад Василий Иванович. Восстал из гроба и решил посмотреть на потомков, за которых кровь проливал. От отчаяния начал играть.

В свои 80 лет он одет в футболку кислотного цвета с «пумой» на груди. Ручечки тоненькие – обвисшая кожа на кости, но лицо еще хранит следы воли. С симпатичными женщинами сух и никогда не прощает ошибок. «Не надо мне ее», - сказал Василий Иванович, увидев меня в окошке кассы. Он хотел попасть к опытной кассирше, боялся, что я не справлюсь. «Другие заняты», - отрезала ему Вера.

Но не потому я ушла, что вышли какие-то неприятности.

Все хотят обслуживать дорогих клиентов, одна я не хочу. Мне бы Василия Ивановича или таджиков, и чаевых не надо. А тут пришли двое с вороватыми лицами, суют деньги в окошко: «Триста тысяч на победу N». Я начала прокатывать каждую купюру на детекторе валют, там было по 5 тыс. «Что ты их катаешь! – говорит Вера, - делай ставку, игра зайдет в лайф»! Игра зайдет в лайф – это значит, игра начнется, и там уже будут совсем другие возможности пари и другие коэффициенты. Если делают ставку перед самой игрой, счет идет иногда на секунды. Клиент нервничает, я психую.

Я не хочу принимать эти 300 тыс. вот так, глянув на них одним глазком. Другие кассирши умеют как-то, они здесь натасканные, как собаки на героин. Фальшивые или нет – нюхом чуют. Она возьмет пачку в руки, слегка сожмет ее, пролистнет купюры, как книжные странички, и кидает в кассу. За мгновенье она увидит невидимые знаки, разглядит степени защиты, которые не все специалисты без лупы разглядят, и сделает ставку ровно к началу игры. А я? Уже то хорошо, что досчиталась: в пачке было не 300 тысяч, а 290.

За прием фальшивок отвечает тот кассир, который принял купюры, а их, бывает, и пересчитать толком некогда. Я думаю, здесь есть свои кидалы, просто о них мне пока не рассказывали, чтобы не отпугивать. Смена длится с утра до утра. Сутки без сна – но ты должна соображать с предельной ясностью, чтобы не попасть на деньги. Пересчет кассы каждые три часа.

Еду я на работу и вижу себя должницей тысяч на сто, мой паспорт в розыске, а сама я бежала на Украину, откуда выдачи нет. И в Россию возврата больше нет. Не успела я досмотреть эту тревожную короткометражку, как понимаю – реальность подготовила что-то поинтересней. Я уже не иду, а лечу, вниз по каменным ступеням там, где станция Курская переходит с кольцевой на Арбатско-Покровскую. Слава Богу, хватило ума не группироваться, чтобы не лететь кубарем, а распрямиться всем телом и скользить, словно досточка. Падать хотя бы умею. Изнутри меня идет какой-то звук, типа сирены – наверное, это организм посылает сигнал SOS.

Долетела я до самого низа, люди ко мне подбежали – а я ничего, целехонька. Только присыпана густым слоем пыли с одной стороны. Потом на всей левой части тела проступили синяки, и левая рука, чувствую, обвисла – растянулся плечевой сустав.

Ну не дурной ли знак?