Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Об угрозе терактов



Я вижу, тема с фиктивными регистраицями не раскрыта. Это я поняла по тому, что многие написали мне, будто выявление фиктивных регистраций как-то способствует их безопасности. К сожалению, это иллюзия. Я не писала бы так, если бы сама не попала в ситуацию и не увидела ее изнутри.

Говорят, введение уголовного наказания за фиктивную регистрацию помогает находить преступников, которые, проживая в России тайно, планируют теракты. Хотелось бы понять, каким образом?

Представьте, что я такой преступник. Я фиктивно зарегистрировалась у Ани, когда на самом деле проживаю у Наташи. Проживаю тайно – но не потому, что я так хочу, а потому, что Наташа отказывается регистрировать меня. Даже если я буду умолять ее, стоя на коленях, и приплачивать за это, она откажется. Наташе не хочется афишировать, что она получает от меня арендную плату, ведь тогда придется платить налог.

[Spoiler (click to open)]
Вопрос: кто в данном случае укрывает преступника? Аня, которая меня раз в жизни видела, или Наташа, в квартире которой я реально проживаю и готовлю бомбу для взрыва в метро? Просто ответьте себе честно на этот вопрос. Напишите, уважаемые владельцы недвижимости и арендодатели, здесь есть кто-нибудь, кто ставит на учет своих арендаторов и платит налоги? помогая таким образом государству заботиться о своей же безопасности. Любопытно, сколько человек скажет да. (Хочу напомнить, что миграционному учету подлежат не только иностранные граждане, но и россияне, прибывшие из других регионов России).

Но вернемся к Ане. Вот ее квартиру накрыли, выявили тридцать таких же, как я, преступников. Двое из них (я и еще один парень из Луганска) пришли добровольно сдаваться. Я рассказала сначала участковому, а потом и дознавателю, где я реально живу, назвала дом и квартиру. Думаете, хоть кто-нибудь из них озаботился фиксацией моего действительного местопребывания? Ничуть. Им дела нет. По суду меня снимут с регистрации у Ани и дальше я иду, куда моей душе угодно. Ну да, впаяют 7000 штрафа. Зато я могу свободно возвращаться в квартиру к Наташе и продолжать готовить теракт. И не надо винить полицию – по данному закону (322.2 УК РФ) они и не обязаны меня ловить.

Зато поймали Аню! Ура, теракт предотвращен!

Нет, с поганой овцы хоть шерсти клок. Какая-то копеечка пойдет в бюджет от Ани, а от множества таких Ань и рублик наскребется. Только при чем здесь безопасность?

Закон о постановке на миграционный учет есть, а механизма, который обеспечивал бы его исполнение, – нет. Исполнение этого закона пока что лежит на доброй воле и совести тех арендодателей, которые поселяют у себя мигрантов, отказывая им в регистрации.

Я считаю, образцом здравого смысла в этом отношении был закон о прописке в Российской Империи. Ты приезжал в город, отдавал паспорт дворнику, через день он возвращал тебе его с печатью регистрации. Всё. (Источник).

Убили старушку на Гороховой улице, и у квартального не было вопросов, где искать Раскольникова. Тут же к нему Порфирий Петрович: а поди-ка сюда, Родион Романович, расскажи, милчеловек, где пребывал в таком-то часу в такие-то дни? Да не обманывай, голубчик любезный, весь ты у нас, как на ладони. И как еще решались старушек убивать?

Причем, основную ответственность за неявку паспорта нес хозяин жилья, а не квартирант. Хозяин за отсутствие регистрации платил штраф 50 коп., а квартирант только 15. А сейчас? Я (квартирант) плачу 7000, Аня, которая здесь не пришей кобыле хвост, – 500 000, а моя хозяйка – ничего. Вопрос: чьи интересы защищает статья 322.2 УК РФ?

Вот, говорят, Путин тиран. А в чем тирания? Да он народ распустил, в Москве людей сосчитать не можем.

На допросе



В этот раз участковый повел меня в другое здание, посерьезней. Пропускная система, забор из железных прутьев, высокое крыльцо. Над дверью висит реклама (как мне показалось). Интересно, что здесь могут рекламировать? Приглядываюсь к буквам: «Доверие народа – сила полиции». По дороге сюда участковый предложил мне сигарету, я отказалась, и хоть он пытался непринужденно болтать, я чувствовала себя немного под стражей.

А внутри вдруг открылось такое, какое я видела только в фильмах: железная решетка до потолка, железные двери. За решеткой сидит некто в спортивных штанах с испитым лицом и что-то буровит себе под нос. Потом поднимается, рычит, делает два нетвердых шага по коридору, цепляется за решетку и виснет на ней. За стеклянной стеной сидит дежурный и мрачно смотрит на нас.

[Spoiler (click to open)]
Участковый кивает ему: это со мной. Мы проходим мимо пьяного, заворачиваем за угол, там две двери: «Дознаватель N» и «Дознаватель S». Мы зашли к тому, который N.

В этом кабинете было все в порядке – и шапка, брошенная на стол донышком вниз, и початая бутылка вишневого сока, вертикальные жалюзи с жирными пятнами от пальцев, чьи-то сапоги в углу – смотрела и не могла понять, мужские или женские. Стены внизу пообтерты шарканьем ног, а вверху попорчены дырками от гвоздей. Чувствовался жилой дух. На одном стекле в шкафу наклейка – олени с ветвистыми рогами увозят вдаль новогодние сани, на втором – кружевная снежинка; И повсюду, куда ни глянь, горы и горы бумаг. Ими плотно уставлены оба шкафа, на столе дознавателя громоздятся стопы, на полочке книжной, на стульях. Сверху на сейфе несколько папок приткнулись между горшками цветов, тут же брошена связка ключей. Видно - работают парни.

Тут нужна отдельная комната под архив, почему им не выделят? В кабинете стояла такая теснота, что проползти к дознавателю можно было только ужом. Мы с участковым выстроились гуськом и так стояли в затылок друг другу, пока мне не сказали сесть. Участковый сам устроился на стульчик у двери, потеснив на нем кипу папок с делами. Передо мной лежал огрызок карандаша и листочек с каляками-маляками, - видимо, мой предшественник черкал на нем что-то в минуты тревог. Три сломанные ручки; впрочем, нет, одна из них писала.

- Олежа, ты можешь все отсюда переносить, – сказал мой участковый, подавая дознавателю стопку исписанных в тот раз листов.

Так они и называли друг друга: Олежа и Алёша. Здесь немного отступлю, упомяну о наших соседях. К ним приходят друзья, так вот они друг к другу обращаются: Димас, Каримас, Игорян, Вован, Миха. А Астафьеву дали кличку Остап. Я привыкла к таким названиям, а тут вдруг Алёша, Олежа… причем, полицейские это не с иронией говорят, а серьезно, и мягко так, по-домашнему.

- Алёша! Ты не мог мне на флешке принести?
- Эх, я не подумал.
- А мне теперь набирать.

Дознаватель Олежа поворочался на стуле, из-под стола выглянули его длинные ноги. Он был очень высоким и довольно молодым. Спросил мой паспорт, я подала.

- А отчество ваше?
- Александровна.
- Но здесь написано…
- Это по-украински.
- Ага!

Он начал быстро набирать на клавиатуре. Вошел еще один полицейский, румяный с морозца, довольный. Окинул нас взглядом и спрашивает весёленько так:

- Опрашиваемся, допрашиваемся?
- Допрашиваемся, - отвечает в тон ему участковый, - опрашивались вчера.

Так я поняла, что присутствую на допросе, и допрашивают здесь меня.

Весёленький прошел, стараясь не задевать наши ноги, по узенькому проходу, потом влез в узкую нишу между столом и шкафом (запнулся и чуть не упал) и уселся на второй незанятый стул. Видно было, что он здесь гость и зашел на огонек. Он все порывался что-то рассказать, начинал и смолкал, видимо, я его стесняла.

Наконец, дознаватель закончил печатать. Это время я просидела, не шевелясь, не проронив ни слова. Всё в природе ведет себя одинаково при опасности: жук притворятся мертвым, а человек – несуществующим. Два раза дознаватель распечатывал документ, но найдя там ошибку, разрывал листочки и бросал их в корзину. На третий раз получилось.

- Республика Украина, - читаю я о месте своего постоянного проживания. – Это не ошибка? – спрашиваю.

Дознаватель задумался.

- Украина – это государство, - торопясь, сказал весёленький.
- Республика Беларусь, республика Молдова, республика Украина, - дознаватель загибал пальцы и внимательно смотрел на него.
- Не республика, а государство, - с веселенького даже румянец сошел.
- Мы всегда писали республика.
- А правильно – Украина. Просто Украина.
- Степаныч не пропустит.
- Ты два экземпляра сделай. Скажи ему, что так правильно.
- Ну, это будет перебор.

Я подписалась, что живу в республике Украине. И хоть больше он ничего не говорил, но по лицу веселенького я поняла, что в коллективе у них есть тайный хохол.

Я подписала все листочки, напротив моей подписи стояло «свидетель». Участковый сказал, что все будет в порядке, и чтобы я обращалась к нему, если что. «Если что» – это что? Но я не стала выяснять.

Мне и хочется верить, что дело закроют, и сомнения берут. А еще приметы меня смущают. Когда я уже вышла на улицу и направилась к метро, звонит участковый:

- Юлия, вернитесь. Вы забыли свой паспорт.

Вертача-неудача! Возвращаюсь, забираю паспорт, еще раз прощаемся и на прощанье говорим друг другу всякие любезности. Опять через КПП прошла, и далеченько уже. Но, чтобы закрепить эффект, звонит дознаватель:

- Юлия, вернитесь. Мы написали, что вы гражданка РФ.

Кассирша из "Магнита"

У нас в коммунальной квартире опять кавардак. Догадайтесь, почему? Шерше ля фам.

Долго наши парни выбирали себе соседку, и наконец-то выбрали. Бывает, женщина выглядит молодо, присмотришься, - а она старая. А есть наоборот: смотришь – старая, а присмотришься – она молодая. Вот второе – про нашу новую жилицу.

Как бы описать женщину сорока лет… Она уставшая – это главное в ее облике. Она недостаточно спит, и это делает ее кожу несвежей, она попивает – и от этого оплывают черты лица, она много курит, отчего голос ее становится рваным и сиплым. Она ходит по дому в старом халате, а под него зачем-то поддевает спортивные штаны. Даже в тридцатиградусную жару она в них.

Когда я встретила Свету в первый раз у нас на кухне, я ее так и увидела. А потом поняла, что взгляд мой слишком критичен. Мужчины смотрят по-другому. Судя по тому, как охотно наши парни выпивают с ней и принимают в свой круг, они видят ее природную худобу, подтянутый овал лица без второго подбородка и обвисших щек, светлые волосы и большие зеленые глаза.

Чей взгляд более верный?

По вечерам Света развешивает на сушилку для полотенец свои потные носки. Здесь же, под сушилкой, стоит стиральная машина. У Светы комната с балконом, где есть натянутые веревки. Постирать и высушить носки можно так, что этого никто не заметит, но не это ее цель. Мне кажется, цель Светы – сделать так, чтобы ни малейший кусочек ее жизни не прошел для нас незамеченным.

[Spoiler (click to open)]
После ужина Света бросает на кухне посуду с объедками. Объедки она счищает в раковину, сток забивается, и всю ночь в раковине стоит помойная вода. Убирать ей некогда, ведь она очень устает – работает в "Магните" кассиром. Впрочем, все это такие мелочи по сравнению с тем, что Света держит двух кошек, и блохи от них пошли по всей квартире. Кошачьи миски она моет в той же раковине и теми же тряпками, что и человеческую посуду. А иногда, не помыв, просто ставит миски на обеденный стол, насыпает своим кошками еды и уносит в комнату.

Сказать ей что-то по этому поводу я не вижу возможности, разве что максимально изолировать свою посуду и не есть за общим столом. Но от блох все равно никуда не денешься, да и от носков тоже.

Кроме двух кошек у нее есть еще сын лет 17-ти. Жил с ней, а потом куда-то исчез. Вместо него появился еще один, на вид, как сын, но держится не по-сыновнему. По вечерам они прогуливаются, держась за руки, чему-то смеются - я встретила их, возвращаясь с работы. Сын-2 застенчивый и худенький, не афиширует свое здесь пребывание. Только выйдет на кухню чаю вскипятить или в туалет и сразу юркнет в комнату. Вид у него такой, будто все существо его висит на волоске.

В один вечер Света пришла с работы, и он был дома. Она зачем-то стала выпивать с парнями на кухне, в то время как Сын-2 сидел в ее комнате совершенно трезвый. Парни наши к тому времени вернулись с шашлыков на бровях (я открывала им дверь, они даже ключом в скважину попасть не могли), поспали, немного протрезвели и накатили по-новой. Весь стол был уставлен бутылками с водкой. Я не пойму, они сразу из всех, что ли, пьют? Стояла еще бутылка коньяка, а в холодильнике много-много пива. Всё было так мирно и по-добрососедски.

Около 12-ти ночи я собралась идти в душ. Иду я, замотанная в полотенце, и вижу картину: на перекрестке, там где коридор расходится на туалет и кухню, стоит наш волосатый и Света со своим пареньком. Волосатый всей пятерней пытается схватить его за лицо и рычит: «Ты мусорскОй, да? Ты мусорскОй»? Глаза налиты кровью. На парне лица нет, но он не может бросить свою женщину и сбежать. Я спросила у Светы, что случилось. Оказывается, волосатый напился и начал стучать к ней в комнату, а парень сказал: «Прекратите стучать, иначе я вызову полицию».

Полиция здесь никому не выгодна, и мне в том числе – я живу без регистрации. Они хоть граждане РФ, а я иностранка, и меня в 24 часа вон из страны с запретом на въезд. Я попросила Свету уйти к себе в комнату и увести за собой парня, иначе волосатый не уймется. Она же, наоборот, стала его подзужживать, выкрикивая что-то язвительное. Я пошла в мужскую комнату и сказала: «Заберите Романа, иначе здесь будет полиция»! Парни лежали на кроватях полупьяные, но при слове полиция как будто протрезвели.

Дело в том, что все они сидельцы, и полиция им невыгодна еще больше, чем мне. Один из них вернулся из тюрьмы три недели назад, он у нас новенький. Парни стали уламывать (и в прямом и переносном смысле) Романа, но он только больше зверел. Я пошла в душ.

Когда я вернулась, все уже стихло. Ночью я проснулась от какого-то постукивания. Вышла в коридор: тот, который из тюрьмы вернулся, стучит в Светину дверь рукояткой ножа. Нож кухонный, большой, мы им хлеб нарезаем. Внутри комнаты слышу голос Романа, он по-прежнему рычит, но уже лениво, как будто устал. Утром я узнала, что они вломились в комнату Светы, барагозили там, а в 4 часа выгнали ее парня из дома – подняли с постели и швырнули за порог.

Они сами рассказали мне это, причем совершенно не стесняясь своего поступка, хохоча и вспоминая подробности. Им было так смешно. Как он не ожидал их прихода, как испугался, а потом летел, полуодетый, с лестницы. «А Света что»? - спросила я. «Легла спать».

Легла спать. Света спала до обеда, и Роман снова принялся стучаться к ней. Так и не дождавшись ответа, он выбил ей дверь.

Позвали хозяйку, она пришла с мужем, начали разбираться. Все вышли в общий коридор, поднялся шум, пошли угрозы. «Ты кто такой по жизни? – сказали парни хозяину - А ну пойдем, поговорим», - и увели его на кухню. «Ты переспала с Романом? – закричала хозяйка на Свету, - Признайся, ты спала с ним»?! Потом я услышала свое имя – кажется, у меня хотели взять свидетельские показания. Я закрылась на замок и решила ни за что не выходить.

Коты разбежались из открытой настежь комнаты, мяукали по всей квартире, голодные. Когда хозяева ушли, я приоткрыла дверь: в просвете коридора стояли Света с Романом, лицом к лицу, как в кинофильме, и что-то шептали друг другу.

Теракты в Москве

Сегодня вечером ехала в метро. Обратила внимание на то, что на одной из станций поезд стоит ненормально долго. Двери вагона открыты, но никто не выходит, все люди стоят и как будто чего-то ждут. Стала и я выглядывать из-за спин пассажиров. Когда смотрю, у одного из выходов (ближайшего ко мне) стоит рюкзак, а вокруг него свободное пространство, и никто не подходит. Тут же милиция и девушка в униформе метро.

Начали кричать: "Чей рюкзак? Чей рюкзак"? Я вылетела с того вагона, как ошпаренная. Отбежала к самому краю платформы, еще и на ступеньки поднялась, и смотрю оттуда, чем закончится.

Знаете, я одна была такая. На лицах остальных пассажиров была написана гамма чувств от скуки до безмятежности. Не то чтобы никто не вышел со мной (я уже не говорю, побежал), но даже не шевельнулся. Типа: а? чего там? мина? Да ну ее нахер.

Неужели сайты, которые говорят, что терроризма не существует, и все эти теракты - постановка, говорят правду? Ведь реакция людей тому подтверждение. Или я одна понимаю ситуацию правильно, а все остальные - дураки?