Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Печальная летопись

Муж вернулся с Украины, рассказывает.

Зашел к моей маме, а она ходит по комнате с телевизионной антенной в руках. На стенах у нее развешаны бумажки с названиями российских каналов, около каждой бумажки вбит гвоздик. Оказывается, местные власти поставили вышку, которая глушит российское телевидение, но неудачно. Она не все глушит, частично сигнал проходит, и его можно поймать. Ну и мама ловит.

И не столько в политических новостях ее интерес, сколько просто - посмотреть телевизор. Украинское телевидение – это чревовещание на непонятном языке – оно ведь не каждому доступно. Прямо скажем, мало кто может это слушать.

Живности в наших краях появилось видимо-невидимо. Связано это с запретом на стрельбу. Чтобы не спровоцировать случайно ответную атаку ВСУ, охоту запретили. Теперь лисы забегают в город! Зайцы ходят пешком по обочинам трасс, появились еще какие-то зверушки типа барсучков. Когда идешь через посадку, из-под ног взлетают фазаны (такие тяжелые птицы с длинными хвостами). Говорят, что в балке видели волка и косулю. За животных я рада, хоть им раздолье в этом унынии.

Пошел муж платить за квартиру, а цены с прошлого его приезда подняли вдвое.

– Вы как платить будете? – говорит осторожно бухгалтер.

Он призадумался, о чем это она?

– А как все платят? – спрашивает.
– Ну, все платят по старой цене…
– Тогда и я по старой.

На базаре, в магазинах цены на продукты московские. Хлеб стоит так же, как в Москве, а картошка в два раза дороже.

Встречаем золотую осень

IMG_20191005_162727783-01.jpeg

IMG_20191005_163658812_1_2-1.jpg

Ходили встречать золотую осень в Измайловский парк. Пешком пошли, замерзли, а там, оказывается, нет ни одного кафе. Но у нас была с собой бутылка коньяка! Все-таки пришлось пройти парк насквозь, чтобы поесть. Поели (и попили), пошли назад.

Темнеет. Обратной дороги я, конечно же, не узнаЮ. Со мной двое спутников, один уже 17 лет в Москве, и может водить по ней с закрытыми глазами. Мы углубляемся в какую-то лесную чащу, достаю навигатор. "Мы идем не туда"! - "Да выбрось ты навигатор, я летучая мышь, у меня навигатор внутри", - говорит он.

Петляем по тропинке, которую ежи протоптали, светим фонариками в темноте. Под ногами зачавкало, это болото. Я зачерпнула грязи, мои спутники тоже. Холодно! Коньяк из горла... Навигатор показывает, что скоро ручей. Вышли к ручью. "Сейчас налево, - говорю я, - там будет мостик". Тот, который летучая мышь, в этот раз согласился - видимо, сам устал. Пошли, а берега все болотистые, вязкие.

Намотали мы по парку 10 км. У О. отвалился каблук, и остаток пути он шел голой пяткой по голой земле, разбил ногу в кровь.

А так мне все понравилось, и запахи леса, и листики желтые кленовые, и то, что на джинсах у меня не осталось ни единой - ни единой - капельки грязи, как будто я посуху шла, и теплое такси, когда ехали домой. У меня зуб на зуб не попадает, губы синие. А на фотографиях - это я еще свеженькая, перед походом.

Не котики

К нам на работу пришли две женщины, и поначалу в них не замечалось ничего особенного. Вернее, не замечала только я – другие сотрудницы по углам шушукались: зэчки, зэчки..

Первой приехала темненькая, я увидела ее утром в раздевалке. На ней была кофточка навыпуск и брючки. Кофточка у новенькой была такая, которую может носить только очень, очень положительная женщина – домохозяйка, верная жена и мать троих детей. Она стояла, прижавшись к стене, а у другой стены стоял, прижавшись, ее чемодан. Ей не выделили шкафчик, и женщина не знала, что делать. Я сказала, что нужно спросить шкафчик у бригадира, а то так ведь можно до вечера простоять, никто и не заметит. Женщина засмеялась, и по ее смеху я поняла: она чего-то очень боится.


Она и дальше смеялась так, будто в нужный (а на самом деле ненужный) момент в ней нажимали кнопочку, и загоралось табло «опасность». Кажется, ее звали Зоя. Если представить, что каждый год после 25-ти приносит женщине по морщине, то на ее лице отобразились не годы, а прожитые дни – мелкие и мельчайшие трещинки, их было слишком много на квадратный сантиметр кожи. Ни один день не миновал для нее безболезненно, каждый оставил по себе зарубку. Что это была за жизнь?

[Spoiler (click to open)]
Характер ее был дрянной. Она то молчит и смотрит тусклыми глазками, то поддакивает, то подскуливает, то вдруг гавкнет, огрызнется, зыркнет злобно. Причем в те моменты, когда этого совсем не ожидается. Я тогда перестаю с ней разговаривать, и вот она уже снова подползает, в глаза заглядывает. Удивляюсь, как при таком характере ей удалось расположить к себе бригадиршу, и не просто расположить, а как будто даже взять ее в покровительницы.

Они по сигаретке скурили, и вот уже подруженьки. Зоя эта наделала 200 единиц брака, а я увидела. Она заготавливала т.н. флажки – это бирка-размер, которая крепится на спинку изделия, под горловину. Зоя их стачивала, а я притачивала. Флажки были косые, грязные (торчали нитки) и сделаны не по технологии. Если отдел качества решит придраться, то все эти 200 единиц вернут мне с формулировкой «Ты видела? Зачем ты пришивала?»

Я показала бригадирше. Эта девушка, которая в нормальном состоянии мечет громы и вызывает молнии, изобразила вдруг на лице своем неловкость и мягко сказала: «Надо будет пересмотреть… Зоя». Зоя и не подумала сдвинуться с места. «Все двести единиц», - добавила я, глядя на нее. Нехотя Зоя встала, пошла к столам, где лежали ее изделия. «Так не делается, Юля, - прошипела она на ходу. - Надо было мне потихоньку сказать, а не объявлять при всех.» - «С какой это стати, - спросила я довольно громко, - мне покрывать твой брак»? Вообще, слово «брак» лучше не употреблять, оно означает обвинение и наезд. Лучше говорить «косяк» или как-нибудь матом выразиться, это звучит лояльней. К нам поспешила бригадир: «Юля, ну что ты? Устраиваешь истерику на пустом месте».

Эффект подруженек на работе поразителен. Если уж он замешается, гори огнем производство, пропадай качество, сдохни заказчик – лишь бы подруженька была не в обиде.

Позже приехала ее настоящая подруга, зоновская. Помните Маньку Облигацию из «Места встречи»? Представьте, что тогда эту девушку все-таки посадили лет на десять. Ее холеная шкурка в тюрьме подпортилась, и лаковые, лоснящиеся когда-то шерстинки превратились в слежавшиеся чешуйки. Но она видит себя прежней, обесцвечивет волосы до состояния сухой соломы и завивает их в крутые кудряшки. Носит кофточки с вырезом, открывающим начало грудей. Много говорит по телефону, и всё манерным голосом, протяжными звуками подчеркивая, что говорит она с мужчиной.

Чем эти женщины отличаются от нас? Вульгарность? Но и среди нас есть вульгарные. Есть горластые, грубые, пошлые, глупые. Есть овчарки – это такие агрессивные женщины, которые своей агрессией гордятся. Есть трамвайные хамки, есть базарные хабалки – но это все не то.

В мужском обществе не принято осуждать отсидевших. Мужчина может не скрывать этого, никто от него не отшатнется, пальцем не укажет, не будет глазами провожать, шептаться за спиной. Это не порок. А в женском мире срок заключения - это днище, ниже которого упасть нельзя. И неважно, что там она сделала: украла побрякушку или убила человека – она побыла на той стороне реальности, на которой нормальная женщина быть не должна. Самые злые из нас – котики по сравнению с ними.

Видели в интернете картинку: несколько котиков сидят в ряд, а между ними затесалась собачка? Она такая же пушистая, с такой же милой мордочкой, маленькая и ласковая, но это совсем другой вид животных, совсем другой – так и эти женщины. Теперь уже и я отличаю их.

Эти две быстро ушли, а сейчас пришла третья. Она худая, как хлыст, все время молчит. Если отвечает, то очень вежливо, у нее есть какая-то преувеличенная деликатность, как будто она за версту хочет обойти все возможные недоразумения и претензии на свой счет. Но это не обходительность хорошо воспитанного человека, это – как забор. Я здесь, вы там, - как бы говорит она своей вежливостью, - и вы не достанете меня. Одевается лучше, чем все мы. Женщины с воли сидят в непритязательных футболках и спортивных штанах, на ногах тапки. А у нее стильный спортивный костюм, модная оправа для очков, хорошая обувь. В нише стола стоит ее яркая сумочка, из которого она достает новенький ежедневник, чтобы записывать работу. Но я вижу – не котик.

Кассирша из "Магнита"

У нас в коммунальной квартире опять кавардак. Догадайтесь, почему? Шерше ля фам.

Долго наши парни выбирали себе соседку, и наконец-то выбрали. Бывает, женщина выглядит молодо, присмотришься, - а она старая. А есть наоборот: смотришь – старая, а присмотришься – она молодая. Вот второе – про нашу новую жилицу.

Как бы описать женщину сорока лет… Она уставшая – это главное в ее облике. Она недостаточно спит, и это делает ее кожу несвежей, она попивает – и от этого оплывают черты лица, она много курит, отчего голос ее становится рваным и сиплым. Она ходит по дому в старом халате, а под него зачем-то поддевает спортивные штаны. Даже в тридцатиградусную жару она в них.

Когда я встретила Свету в первый раз у нас на кухне, я ее так и увидела. А потом поняла, что взгляд мой слишком критичен. Мужчины смотрят по-другому. Судя по тому, как охотно наши парни выпивают с ней и принимают в свой круг, они видят ее природную худобу, подтянутый овал лица без второго подбородка и обвисших щек, светлые волосы и большие зеленые глаза.

Чей взгляд более верный?

По вечерам Света развешивает на сушилку для полотенец свои потные носки. Здесь же, под сушилкой, стоит стиральная машина. У Светы комната с балконом, где есть натянутые веревки. Постирать и высушить носки можно так, что этого никто не заметит, но не это ее цель. Мне кажется, цель Светы – сделать так, чтобы ни малейший кусочек ее жизни не прошел для нас незамеченным.

[Spoiler (click to open)]
После ужина Света бросает на кухне посуду с объедками. Объедки она счищает в раковину, сток забивается, и всю ночь в раковине стоит помойная вода. Убирать ей некогда, ведь она очень устает – работает в "Магните" кассиром. Впрочем, все это такие мелочи по сравнению с тем, что Света держит двух кошек, и блохи от них пошли по всей квартире. Кошачьи миски она моет в той же раковине и теми же тряпками, что и человеческую посуду. А иногда, не помыв, просто ставит миски на обеденный стол, насыпает своим кошками еды и уносит в комнату.

Сказать ей что-то по этому поводу я не вижу возможности, разве что максимально изолировать свою посуду и не есть за общим столом. Но от блох все равно никуда не денешься, да и от носков тоже.

Кроме двух кошек у нее есть еще сын лет 17-ти. Жил с ней, а потом куда-то исчез. Вместо него появился еще один, на вид, как сын, но держится не по-сыновнему. По вечерам они прогуливаются, держась за руки, чему-то смеются - я встретила их, возвращаясь с работы. Сын-2 застенчивый и худенький, не афиширует свое здесь пребывание. Только выйдет на кухню чаю вскипятить или в туалет и сразу юркнет в комнату. Вид у него такой, будто все существо его висит на волоске.

В один вечер Света пришла с работы, и он был дома. Она зачем-то стала выпивать с парнями на кухне, в то время как Сын-2 сидел в ее комнате совершенно трезвый. Парни наши к тому времени вернулись с шашлыков на бровях (я открывала им дверь, они даже ключом в скважину попасть не могли), поспали, немного протрезвели и накатили по-новой. Весь стол был уставлен бутылками с водкой. Я не пойму, они сразу из всех, что ли, пьют? Стояла еще бутылка коньяка, а в холодильнике много-много пива. Всё было так мирно и по-добрососедски.

Около 12-ти ночи я собралась идти в душ. Иду я, замотанная в полотенце, и вижу картину: на перекрестке, там где коридор расходится на туалет и кухню, стоит наш волосатый и Света со своим пареньком. Волосатый всей пятерней пытается схватить его за лицо и рычит: «Ты мусорскОй, да? Ты мусорскОй»? Глаза налиты кровью. На парне лица нет, но он не может бросить свою женщину и сбежать. Я спросила у Светы, что случилось. Оказывается, волосатый напился и начал стучать к ней в комнату, а парень сказал: «Прекратите стучать, иначе я вызову полицию».

Полиция здесь никому не выгодна, и мне в том числе – я живу без регистрации. Они хоть граждане РФ, а я иностранка, и меня в 24 часа вон из страны с запретом на въезд. Я попросила Свету уйти к себе в комнату и увести за собой парня, иначе волосатый не уймется. Она же, наоборот, стала его подзужживать, выкрикивая что-то язвительное. Я пошла в мужскую комнату и сказала: «Заберите Романа, иначе здесь будет полиция»! Парни лежали на кроватях полупьяные, но при слове полиция как будто протрезвели.

Дело в том, что все они сидельцы, и полиция им невыгодна еще больше, чем мне. Один из них вернулся из тюрьмы три недели назад, он у нас новенький. Парни стали уламывать (и в прямом и переносном смысле) Романа, но он только больше зверел. Я пошла в душ.

Когда я вернулась, все уже стихло. Ночью я проснулась от какого-то постукивания. Вышла в коридор: тот, который из тюрьмы вернулся, стучит в Светину дверь рукояткой ножа. Нож кухонный, большой, мы им хлеб нарезаем. Внутри комнаты слышу голос Романа, он по-прежнему рычит, но уже лениво, как будто устал. Утром я узнала, что они вломились в комнату Светы, барагозили там, а в 4 часа выгнали ее парня из дома – подняли с постели и швырнули за порог.

Они сами рассказали мне это, причем совершенно не стесняясь своего поступка, хохоча и вспоминая подробности. Им было так смешно. Как он не ожидал их прихода, как испугался, а потом летел, полуодетый, с лестницы. «А Света что»? - спросила я. «Легла спать».

Легла спать. Света спала до обеда, и Роман снова принялся стучаться к ней. Так и не дождавшись ответа, он выбил ей дверь.

Позвали хозяйку, она пришла с мужем, начали разбираться. Все вышли в общий коридор, поднялся шум, пошли угрозы. «Ты кто такой по жизни? – сказали парни хозяину - А ну пойдем, поговорим», - и увели его на кухню. «Ты переспала с Романом? – закричала хозяйка на Свету, - Признайся, ты спала с ним»?! Потом я услышала свое имя – кажется, у меня хотели взять свидетельские показания. Я закрылась на замок и решила ни за что не выходить.

Коты разбежались из открытой настежь комнаты, мяукали по всей квартире, голодные. Когда хозяева ушли, я приоткрыла дверь: в просвете коридора стояли Света с Романом, лицом к лицу, как в кинофильме, и что-то шептали друг другу.

Люся

Некоторые мои знакомства в общежитии начинались со скандалов (как с белорусом, например). Скандалила не я, но я оказывалась каким-то образом втянутой и даже притянутой за уши.

Утром, опять сидя в столовой, я услышала чьи-то крики. Было похоже на то, что орут две бабы. Ну орут, и пусть, я смотреть не пойду. Только крики становились все зловещей. Иногда казалось, так не может кричать человеческое существо, это было что-то звериное, как если бы, например, хищное животное научилось произносить отдельные звуки человеческой речи. В пустой столовой эхо отражало эти звуки от голых стен и высоких потолков. Было жутко. Хотелось сходить и убедиться, что никому там кишки на локоть не наматывают, но я удержала себя.

Скандал сам пришел ко мне. Вбежала девушка, и прямо к моему столу: «Помогите, помогите![Spoiler (click to open)] – она умоляла меня шепотом и даже ладони сложила, как будто молится, - помогите мне перенести вещи». Девушка эта имела телосложение здорового мужика, так что непонятно было, зачем ей моя помощь. Кроме массивных плеч о мужике напоминали бритые виски и прическа типа отросшего ирокеза. Забегая вперед, скажу, что она занималась боксом. Я, конечно, пошла, потому что выглядела девушка не совсем нормальной. Ее крупно трясло от испуга - казалось, еще минута и она лишится чувств.


Мы приблизились к комнате, где она жила – дверь стояла открытой настежь – и я тоже чуть не лишилась чувств. По комнате металась пожилая женщина смуглой наружности и в припадке ярости издавала животные завывания. Если прислушаться, в них можно было различить проклятия и стоны о попранной чести. Ну, это я обобщаю, потому что написать все, что там проговаривалось, невозможно даже под знаком 18+. Люди вообще не должны такого читать и слышать, они таких выражений знать не должны, если хотят оставаться людьми. Это не русский мат, который может быть задорным и незлобивым, это было нечто инфернальное, как канализационные отложения, как внутренности трупа, как гной и тление плоти.

Я не смогла войти в эту комнату, как ни просила меня Люся, и не потому что там бесновалась женщина с черными космами. Нет, я знала, что она меня не тронет, но мне было страшно попасть в пространство, где в воздухе висело вот это. Я остановилась в двух шагах от двери.

У Люси было много вещей. Она работала в клининге, каждый месяц им выдавали моющие средства и расходные материалы. Все это скапливалось, складывалось, заполоняло углы и место под кроватью. Носить было тяжело. Мы расстелили за порогом комнаты покрывало, Люся, насмелившись зайти, выбрасывала наружу бутылочки, баночки, пакетики, я сгребала их в одну кучу, а потом мы волочили этот узел к нам. Я не спрашивала, что случилось, а Люся не спрашивала, можно ли переселиться в нашу комнату – само собой понималось, что сейчас хоть куда-нибудь, а там разберемся.

Женщина продолжала метаться, и накал ее завываний не спадал. Я думала, человек так не может, у него должны лопнуть жилы, порваться голосовые связки или отключиться мозг от сильного стресса, но с ней ничего такого не происходило. Казалось, мы только добавили ей огоньку своим присутствием.

Ее звали Тамара, она приехала из Чечни ухаживать за своим сыном. Лом (так его звали, это не кличка) не был больным или немощным – наоборот, здоровый такой парень, работал охранником. Но почему-то считалось, что он себе покушать приготовить не может, одежду не может постирать, погладить, не знает как посуду за собой помыть. После работы мужчина должен отдыхать, а не заниматься бытом.

Как-то Люся поссорилась с Тамарой. Не знаю точно, за что, но в общежитии можно за тряпку поссориться, за веревочку, за коврик, за мусорный пакет. Люся начала выговаривать Тамаре, что она здесь не хозяйка, что нечего тут права качать и вообще, ее территория – это ее кровать, все остальное пространство – общее. Женщины стали наступать друг на друга, как борцы сумо, неожиданно зашел Лом и все это увидел.

Он толкнул Люсю, она упала на кровать, Лом занес над ней руку. «Еще раз тронешь мать – сказал он, - тебе не жить». Я спросила: «Почему ты уже тогда не обратилась в полицию? Тебе угрожали, к тебе применили насильственные действия.» – «Ты что, не знаешь? – ответила Люся, - он же любовник Ирочки».

Белорусы

Чипсы я сменила на кефир и булочку. После работы старалась успевать в «Пятерочку» и покупала там себе ужин. В столовой сероватый свет, зеленые панели, страшно-розовые шторы в рюшечках и пластиковые цветы в углу. В начале 12-го здесь уже никого нет.

Вдруг слышу – по коридору тащат тело. Тело пыхтит и упирается, а тот, кто тащит, матерится сквозь зубы. Выхожу на эти звуки и вижу: прямо мимо меня молодой парень волочет по полу старика. Он держит его за шиворот, старик извивается и хрипит, придушенный.

Collapse )

Люди дешевле собак

DSC01076_1

На Украину мой муж ездил не просто так, он искал там дог-ситтера для нашей собаки. Чтобы, пока мы отсутствуем, кто-то кормил ее два раза в день и выпускал-запускал на улицу. Нашел одну бабушку хорошую, она согласилась за 1000 грн. Меньше предложить было неудобно, ведь цены сейчас какие. Замечу, что минимальная пенсия на Украине - 1497 грн. Стоимость коммунальных за месяц - примерно 1000 грн. (Только не надо про субсидии, все о них слышали, но никто их не видел).

И вот вчера узнали, что за нашу соседку, старушку в очень плохом состоянии, дочь платит 800. Сама дочь живет в Турции, наняла здесь сиделку. Ей нормально платить 800 за свою мать.

Это какое будет отношение к человеку за такие деньги? Мне за Флопика страшно меньше 1000 заплатить, а вдруг его недокормят-недопоят? И будет он сидеть там голодный, брошенный. Никого не осталось больше на нашей площадке - лишь одинокая собака и одинокая старушка.