Когда я поступала на эту работу, нам объявили, что работаем мы нелегально. Сказали прямо, ничего не скрывая. А потом после трех дней стажировки принесли на подпись какой-то договор. А может быть, не договор, я не успела прочитать, что это было, но подписала листочки. Кроме того, сняли копию паспорта, и я своей рукой вписала туда свои паспортные данные. Подписала и думаю: ладно, сейчас дадут мне мой экземпляр, почитаю, о чем там. Рабочий день прошел, и я только в метро вспомнила, что мне ничего не дали. На следующее утро на рабочей пятиминутке руководитель после своей речи говорит: - Так, вопросы есть? - Есть, - отвечаю я. – Вы не отдали мой экземпляр договора. Мне показалось, я сказала что-то неприличное – такое наступило молчание. - Договор составляется в единственном экземпляре, - произнесла Фарида Гусмановна в гробовой тишине. - Как это? - Договор составляется в единственном экземпляре, - зловеще повторила она. - Этого не может быть. - Что??? - Договор заключается между двумя сторонами? Мной и работодателем, так? Значит, экземпляра должно быть два. - У нас один. - Хорошо. Тогда сделайте, пожалуйста, для меня второй экземпляр. - Да что вы себе позволяете! - Я не понимаю причину вашего возмущения. Я оставила там свои паспортные данные и подпись. Я хотела бы понять, что содержится в тексте, который я подписала. - Ничего с вашими данными не будет! Там все законно! - Да? - Да! Здесь все так подписывают, и ничего ни с кем не случается! Одна вы чего-то требуете. Вы хотите привлечь к себе внимание? - Вообще-то, да. Я хотела бы привлечь к себе внимание в связи со случившимся. - Со случившимся??? - Да. В связи с тем, что у меня взяли паспортные данные и подпись для неизвестных целей. Я думала, с ней случится удар. Она как будто начала задыхаться и кричать одновременно. Представьте, человек хватает ртом воздух и, давясь, выкрикивает какие-то звуки. - Вы мне не доверяете? – только и смогла разобрать я. - Нет. - Почему? - Я вас вижу третий раз в жизни. Наверное, чтобы как-то выплеснуть закипевшую в ней энергию, Фарида Гусмановна принялась метаться по офису. Телосложение у нее приземистое, колобкообразное, поэтому она, скорей, не металась, а каталась из угла в угол. А дышала при этом, как загнанный зверь. - Я со дня основания компании работаю! – вскрикивала она. – Я всегда до последней копейки! Спросите хоть девочек, я всегда… - и дальше что-то надрывное про свою честность. - Да, – сказала одна из «девочек». – Мы тут по десять лет работаем, а вы только пришли и начинаете. - Фарида Гусмановна нас никогда не обманывала! - И вообще… - Вы самая умная? По офису прокатился шепот осуждения. Всеобщий выдох и взгляды, которые говорили мне: да как ты посмела? У меня было такое чувство, будто я разрушила чье-то тихое семейное счастье. Тут люди с верой друг к другу, а я с сомнениями. Ну не могу же я, в самом деле, подписывать всё, что мне дают, и даже не поинтересоваться, что?