julija_welboy (julija_welboy) wrote,
julija_welboy
julija_welboy

Categories:

Двое видели лису

Мне приснился сон, как будто в небе летит стая птиц. Они крупные, размером с человека, тяжелые, идут прямо на меня. Во сне я вспомнила из Достоевского, что на руки ему садились «стада птиц». Раньше я думала: почему стада? А теперь поняла.

Птицы усеяли собой дом, стоящий напротив, и было их так много, что не стало видно ни стен, ни окон. Я заметила, что плечи у них человечьи и умные человеческие глаза. Они смотрят на меня этими глазами, как будто чего-то ждут. Проснувшись, я подумала: ведь это же читатели.

[Spoiler (click to open)]
А у меня в руках ни зернышка. Жизнь моя течет так однообразно и сухо, что и рассказать нечего. Вот разве что про писательницу, на встрече с которой мы недавно побывали в доме-музее Марины Цветаевой. Мы о ней никогда не слышали и не услышали бы, если бы знакомые О. не позвонили.

Встреча была вечером, в дождь. Не совсем поздно, в 7 часов, но было уже темно. Так получилось, что в этот день мы с О. были в разных концах города и договорились встретиться на станции метро в центре. Там скрещиваются две ветки: синяя и голубая, и столько выходов, что блукать можно целый день. О. был злой, потому что я опаздывала; из-за этого мы поссорились и не разговаривали. Я ушла немного вперед, а он шел следом.

Подходя к дому Марины Цветаевой, я увидела группу поющих – они стояли плотно на крыльце и немного на тротуаре и пели: «Мне нравится, что вы больны не мной...» Помните, как в фильме про Шарикова пели коммунисты в подвале – протяжно и на похоронный манер? Примерно так же и они. Я пристроилась рядом и тоже запела. Крыша над крыльцом не могла укрыть всех стоящих от дождя, поэтому мне пришлось теснее прижаться к какому-то человеку впереди; он был не против. Я заметила, что все люди держатся за руки, и подумала: нужно ли и мне взять кого-то за руку? Когда увидела злое лицо О., он яростно на меня шипел. Я разобрала только: «…иди!». «Куда»?! – спросила я. В ответ он начал просто отдирать меня от этих людей и тащить сквозь толпу.

Оказывается, это была не наша группа – О. как-то понял это, а я нет. Я подумала, вот сейчас мы споем песню, потом перед нами выйдет писательница и будет что-то говорить, а может, поведет нас куда-то.

Я была вся мокрая от дождя, с волос текло. Мы сошли в полуподвал, в гардеробную, оставили свои вещи и поднялись в большую комнату.

Необычны эти старинные дома! Неужели здесь жили люди? Как можно жить в большой квадратной комнате с высоким потолком и двумя большими окнами, кем ты себя при этом чувствуешь? Ведь пространство делает тебя даже больше, чем одежда. Впереди стоял рояль.

Пока я осматривалась к роялю вышла женщина в черном. Вместе с ним они были красивой парой, их разделял букет белых цветов. У нее было платье до пола и пояс в виде серебряной змеи, все пальцы унизаны перстнями. Когда женщина говорила (а голос был милый, но чуть натянутый), кисти рук играли на фоне черного платья, и камни в перстнях мерцали под светом люстры. Видно было, что когда-то она умела подать себя.

Писательница живет в центре Лондона. Как я поняла, потомок эмигрантов чуть ли не первой волны, работала переводчицей Тарковского. С этого момента всё стало для меня, как во сне. Бергман, Бродский, Тарковские – Андрей и Арсений, другие громкие фамилии, и всем она была подружкой. Швеция, озеро, лес, разговоры с маэстро, ее лондонские соседки, их мужья, матери мужей, японская девочка, китайская стена, чудеса левитации, Ангела Меркель, ее охранник, с которым она накоротке, йога, цигун и волшебный чай, с помощью которого русские выиграли Великую Отечественную войну. В конце речи на сцену вышел ее друг-йог, который лично поставляет ей этот чай.

- Рабочее название фильма «Жертвоприношение» - сказала она, - было «Двое видели лису».

Это единственное я запомнила как обрывок реальности, а затем опять погрузилась в сон ее фраз. В сущности, речь ее была примерно тем же, что и фильмы Тарковского.

В конце предложили задавать вопросы.

- Где вы так хорошо выучили русский язык? – спросили из зала.
- Я изучала язык в Оксфорде, - ответила писательница. Кроме того, у меня ведь русские корни.

О. хотел спросить, помнит ли она Чирчик, маленький городок в Узбекистане, где они гуляли компашкой при Советском Союзе. Ее тогда еще звали не Лайла, а чуть попроще – Алла. И вывезла ли она оттуда своих родителей, когда начались гонения на русских. Но подумал, что в свете ее рассказов это будет звучать как компромат.
Tags: Сны
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments